Дары Крови

Не обращая внимания на вопросы, быстрым шагом, едва ли не бегом добрался до шатра отряда, рванул ремни доспеха и потребовал от скользнувшего следом Улика:

— Шёлковое одеяние мне. То, которое без герба Дома."

"— Какого Дома? — не понял Улик.

— Любого! — рыкнул Креод на бывшего разбойника. — Что непонятного? Шёлковый ханбок мне. Живей!

Сам же принялся перечитывать первый из вручённых ему листов. Тот, где господин объяснял, что и как он должен сделать.

Спустя десять минут Креод расправил складки ханбока, потуже затянул пояс и решительно шагнул из шатра, бросив на ходу:

— Передай всем, чтобы доспехи не снимали, но вели себя тихо.

Первое, что сделал Креод, это добрался до Думайна.

— Господин, — почтительно сложил он перед собой ладони, обращаясь к хоу. — Помогите восстановить справедливость.

— А я, по-твоему, чем занимаюсь? — со злостью оборвал тот Креода.

Но Креод не смутился, выпрямился и поймал взгляд Думайна:

— Господин, помогите мне пройти второе кольцо охраны.

— Те бумаги? — прищурился Думайн.

— Главе Академии, Виру из Великого дома Уно, — не стал скрывать Креод.

Думайн поджал губы:

— Если он на месте.

Ирал, который стоял в шаге от обоих, но которого никто из них не видел и не слышал, злобно прорычал:

— Сколько можно впустую тратить время⁈

Но никто его терять и не думал. Думайн, которого Креод перехватил у крайнего шатра отряда Гирь, решительно развернулся и двинул не к лечебнице, а влево, к центру лагеря. На кольце охраны, которая отделяла внутреннюю часть от внешней, поднял в руке свою алую бляху и сообщил хённаму стражи:

— Хоу Думайн, командир отряда Гирь Весов с подчинённым в канцелярию короля.

Хённам, который с утра уже проверял Думайна, лишь скользнул взглядом по шёлку ханбока Креода и шагнул в сторону.

Через полсотни шагов, когда шатры скрыли их от стражи, Думайн повернул направо, туда, где никакой канцелярии и в помине не было. Зато были шатры гонганов, владетелей Великих домов и прочих, что более остальных приближены к королю и имевших право поставить шатёр в этой части лагеря.

Думайн довёл Креода до конца, остановился лишь в двадцати шагах от нужного шатра, ткнул рукой, указывая на него, и выдохнул:

— Удачи, гаэкуджа.

Креод вновь сложил ладони:

— Благодарю, господин, — и двинул вперёд.

В трёх шагах от входа в шатёр остановился, облизал пересохшие губы и громко сообщил:

— Дистро его милости Лиала из Дома Денудо с вестью о нём.