Дары Крови

Домар так же негромко шепнул ему:

— Вот и не забивай голову, — Подставив чашу, уже громче задал мне ещё вопрос. — А что с платой?

— Плата, — вздохнул я, наливая ему и замечая, как по чаше скользнула более плотная, чем вино, нить. Плохо размешал кровь, что ли? — Плачу я. Щедро.

— Но мы не слуги, — жёстко заявил Майс.

— Вы не слуги Дома, — согласился я с ним. — Вы всё так же идары своих Домов, и я не заставляю вас менять гербы на ваших ханбоках.

Майс поджал губы. Я сейчас посмеялся над ним, потому как сидел он в обычном ханбоке Кузни — с пламенем по плечу и груди.

Немного сожалея о своей резкости, сообщил:

— Есть умельцы в лагере, у которых можно купить ханбоки с вышивкой на заказ. Гаэкуджа Креод потом подскажет, как их найти. Довольно пока о делах.

Вытянул руку с чашей, но неожиданно заговорил Илиот:

— Господин, — с ухмылкой зыркнул на птенцов, словно красуясь тем, как именует меня.

Я невольно прищурился. Вообще-то, я не только не планировал сегодня поить их своей кровью, но и вообще не хотел рисковать, делая это. Илиот уже Великий заклинатель, к чему ломать то, что уже и так хорошо? Вроде ничего особо страшного с моей кровью не случилось, ихор в ней лишь стал сильней, набрав…

— Господин?

Я моргнул, болтнул всё ещё зажатую в левой руке флягу.

Предупредил:

— Это тоже самое вино, что и у солдат.

— Если подходит вам, то подойдёт и мне, господин.

Я улыбнулся и покачал головой. Как много «господин» за три фразы. Его задели слова Майса? Не замечал за ним такой обиды.

Щедро плеснул и ему, и Креоду в чаши. Снова поднял правую руку со своей.

— За то, что я сумел сделать свой отряд сильней с вашей помощью.

Креод негромко добавил:

— За то, что мы стали сильней под вашей рукой, господин.

Илиот тоже не смолчал:

— За то, что Дом Денудо вносит в эту войну вклад больший, чем многие из Великих домов.

Тут же зыркнул в сторону птенцов. Домар догадался первым, широко улыбнулся и сказал:

— За то, что мы продолжим учиться у нашего старшего товарища.

Урай кивнул:

— Ага, за это.

Майс скривил губы, шагнул вперёд и ударил своей чашей по моей:

— За то, чтобы мы тоже научились выживать там, где всё кажется безнадёжным.

Я невольно вскинул брови. Я такое уже слышал.