Дарк

Сначала медленно, чувственно, но при этом глубоко и в конце, входя до упора, он делал рывок, который позволял мне прочувствовать, насколько глубоко он находился во мне. Самая изысканная и страшная пытка. Быстрее и быстрее. Снова задавая невероятный темп, который сводил с ума. Который не позволял ни единой мысли протиснуться в разум, потому что тот начал отключаться. Остались только оголенные нервы и чувствительная кожа, по которой скользили умелые пальцы, надавливая на нужные точки. Второй мой оргазм потянул за собой Дарка в эту пучину удовольствия.

Я чувствовала, как внутри меня дергается член, наполняя теплой жидкостью, и где-то краем сознания понимала, что мы не использовали презервативов. Никогда еще я не была настолько беспечной в вопросе защиты. Но в тот раз я пообещала себе подумать об этом утром, когда морок удовольствия рассеется и останется только собрать себя по частям."

"Дарк вышел из меня и застегнул штаны. Он сделал шаг назад, помог мне слезть с комода и обрести равновесие на шатающихся дрожащих ногах.

Дарк заправил мои волосы за уши, поправил сбившееся на талии платье, легонько похлопал по щеке и вышел. А я стояла и смотрела на закрытую дверь, ощущая, как теплая сперма вытекает из меня и тонкой струйкой стекает по обнаженному бедру. Он. Похлопал. Меня. По щеке. Это, что нахрен, было? Какого черта? Похлопал. Как приятеля. Как чувака, который только что рассказал ему, что выполнил поставленную перед ним задачу. Как того, кто принес ему… не знаю, кофе? Хорошую новость? Что, мать вашу, это сейчас было?

Мне хотелось расплакаться или расцарапать лицо этому мудаку.

Неприятно чувствовать себя тряпкой, которой вытерли обувь и отбросили в сторону. Потому что теперь она грязная и брать ее в руки неприятно. Но в следующий раз, когда нужно будет почистить обувь, она может еще пригодиться. Я обняла себя за плечи, не зная, что чувствовать. Однозначно хотелось плакать и кричать. Вырвать себе пару клоков волос, разбить лицо Дарку и пару предметов мебели. Закатить ему скандал прямо в присутствии его свиты, чтобы посмотреть, как его перекосит от злости и ненависти. Но больше всего хотелось, чтобы он вернулся в эту комнатушку, прижал меня к себе и нежно погладил по волосам, позволяя успокоиться и принять то, что между нами только что произошло. Но он, конечно, так не сделал. Он вообще ни хрена не сделал. И в течение пяти минут, пока я еще находилась в комнате, он в ней так и не появился. Тогда я поняла, что моя душа умеет ненавидеть, а разум – проклинать.