Неудержимый. Книга XXV

Бедолага оказался без «защитных покровов», так что от повреждений спастись ему не удалось.

— Поднимайся, кусок дерьма! — я ухватил его за грудки и поднял в горизонтальное положение.

— Что вы себе позволяете⁈ — возмутился он.

— Я видел, как ты плевал в еду, хочешь, чтобы я рассказал остальным? — рыкнул я на него.

Мыслеобразы с проделками урода тут же полились ко мне в голову, после чего я уже не сдерживался. Вытащив его с кухни, я толкнул свинтуса вперёд, пнув под зад.

— Дима! — Кристина возмутилась. — Оставь повара в покое!

— И не подумаю, — отмахнулся я от неё.

Меня распирало от праведного гнева, потому что к еде так относиться нельзя.

— Госпожа! Он нагло врёт! — завизжал ублюдок. — Я никогда подобного не делал!

— Клянись, — глаза Кристины засверкали молниями. — Если ты мне сейчас соврал, я испепелю тебя! — рыкнула она на него.

— Может, один… Ну или два разочка… — толстяк затрясся и начал отходить к выходу. — Мне надо в уборную! — выпалил он и, развернувшись, юркнул в дверь.

— Стой, сука! — выкрикнула Кристина и побежала за ним следом.

Я лишь вздохнул и отправился на кухню. Кормить меня больше было некому, но я даже рад, никогда не доверял подобным персонажам. С самого начала в его глазах читалась ненависть ко мне. Нетрудно догадаться, что и к остальным он мог питать похожие чувства. Собственно, так и вышло, пусть теперь экипаж катера решает, что с этой сволочью делать. Я бы скинул его где-нибудь в диких землях, выдав парашют.

— Придётся мне здесь похозяйничать немного, — вздохнув, я потёр руки и приступил к готовке завтрака.

«Волшебные нити» выступили в качестве дополнительных рук. В шкафах очень быстро отыскались чистые сковородки, а в холодильнике сосиски и яйца. Особо шиковать я не стал, просто сделал так, как больше всего люблю. Нашинковав сосисок в сковородке, я принялся их обжаривать, после чего залил яйцом и приправил перцем. А пока яичница готовилась, наблюдал за тем, как Кристина вытащила ублюдка на палубу и собрала команду корабля.

"— А вот и «Молния» собственной персоной, — я ухмыльнулся, увидев энергетический всплеск на палубе.

Лидия Петровна давно проснулась и, видимо, слонялась без дела, раз её привлёк бытовой конфликт между сослуживцами. Возможно, она ему даже жизнь спасла. Я не удержался и заржал. Связываться со мной опасно для жизни, и только адмирал способна предотвратить смерть.