Чужой мир

После смерти бабушки я постоянно бегала, словно жила под девизом «Меньше думаешь — выше скорость!» Настолько привыкла к нагрузкам, что без них чувствовала тупую, ноющую боль в мышцах.

— Я не могу по-другому, — не рассказывать же ему о ежедневных подвигах в тренажерном зале. — На родине я бегала каждый день.

— Значит, это гейс у тебя такой, — согласился Бэк заметил мой недоуменный взгляд и пояснил со вздохом: — Запрет или обязательство, что берет на себя человек. Его нельзя нарушить, а то умрешь на Самхайн! У меня нет гейсов, но вот мой средний брат… Он служит в гарнизоне, — пояснил Бэк, — так у него есть, даже несколько.

Например, не давать женщине дотрагиваться до своего оружия…

Я вздохнула. Ну что за мир такой!

— Не пускать в свое жилище одиноких путников после захода солнца, — продолжал Бэк. — Ну и еще кое-какие, но, думаю, ты в меня еще чем-нибудь кинешь, если расскажу! — усмехнулся он.

— Тогда не рассказывай, — разрешила я. — Главное, штаны достань. Я потом тебе деньги отдам.

Угу, когда придумаю, как их заработать.

На следующий день Бэк притащил откуда-то жутко грязные штаны и рубаху. Стараясь не думать об их происхождении, я выстирала штаны в корыте, затем, надев еще влажные, подпоясалась веревкой. У меня не было заколок, бегать с косами я не привыкла, поэтому, завязав волосы, подняла их наверх и заколола двумя деревянными палочками на манер японской гейши. И отправилась бегать.

Следующие дни я начинала с кросса ранним утром и заканчивала им же поздним вечером.

Бегала недалеко от холма, где мы так неудачно поговорили с Бэком. Два-три раза огибала Квартал Нищих, на том же холме отрабатывала удары, затем, скинув одежду, в одной сорочке шумно бросалась в реку. Дни я проводила с Мерой, выучила все буквы и довольно скоро стала складывать их в слова. А еще мы вышивали. И опять вышивали… И снова вышивали…

Наверное, у меня сносно получалось, потому что однажды вечером к нам зашла Фелиса и принесла корзину с материей и образцами.

Красную ткань следовало расшить по краю золотыми нитями. А еще женщина высыпала на стол несколько фартингов и халфингов. Мои первые заработанные деньги! Я была готова прыгать от радости, но Нисса сказала, что этого мало. Они немного поторговались, и мать Меры добавила еще несколько монет. Оказалось, женщина, рассчитывая на мою помощь, взяла довольно крупный заказ, так что на ближайшие две-три недели я была полностью ангажирована.