Недостойный сын

Отлично! Ты-то мне, родимая, сейчас в самый раз!

— Змея! — с неменьшим удовольствием отвечаю девушке.

— Что? Да как ты смеешь?! Я — эканганда, не забывай…

— Рядом с нами змея… Здоровенная, — показываю мимикой ей за спину.

Ирисия соизволила медленно повернуть голову и вдруг с визгом заскочила на меня, словно на телеграфный столб. Йессс! Ожидания оправдались!

— Не волнуйтесь, эка. Держитесь крепче за шею, чтобы не упасть — постараюсь отнести Вас на приличное от неё расстояние, — говорю, как можно тревожнее, поддерживая правильную атмосферу.

"Тут же меня чуть не придушили нежные женские ручки, не желающие идти своими эканганскими ножками по опасной траве. Донёс ценный груз до самой рощи, млея от наслаждения. Пусть хоть так прижму её к себе! Получу потом, конечно, очередного «скотину», но оно того стоит!

Опускаю на землю и отхожу на шаг назад, не желая случайно попасть под оплеуху.

— Что? Всё? — немного разочарованно, как мне показалось, произнесла Ирисия.

— Да. Змея далеко, подсмотреть за нами теперь Тени не смогут, так что можешь расслабиться и снова начинать меня честно игнорировать.

— Кошмарное место! И много у вас тут таких тварей? Всегда их боялась!

— Практически нет и все неядовитые.

— Хм… Почему раньше не сказал?

— Чтобы выглядело натурально. Сами бы Вы, Ваше Повелительство, не согласились такого «коня оседлать», а бесцветные теперь поверят, что у нас всё страстнее страстного, раз с рук моих не сходишь… Только скинуть бы веса кое-кому — еле допёр. Хотя… Мне нравятся пухленькие! — ехидно добавляю, давая возможность девушке войти в привычное воинствующее состояние.

— Ах, ты ж! Если сам хиляк, не могущий пронести и пары шагов, то…

Да… Видимо, во дворце не только бальным танцам учат! Несколько минут виртуозно ругалась, почти не повторяясь! Какие образные, красочные эпитеты в мой адрес — некоторые стоит взять к себе в словарь. Часть из них, правда, слышал от кангана Звейницилла, что ещё раз доказывает, чья дочь Ирисия. Но даже в этом искреннем гневе она обворожительна мила! Как горят каким-то неземным светом её злые бирюзовые глазки! И голос, несмотря на все словечки, бурлящим ручейком журчит… Слушал бы и слушал! Хотелось бы другое, конечно, но тут особо выбирать не приходится — лишь бы не молчала, замкнувшись в себе.

Сильный удар маленького кулачка в грудь заставил выйти из созерцательного состояния.

— Ты меня слышишь, скотина?! Гляделки свои бесстыжие закатил к небу и облака считаешь!

— Да, эканганда.