Чувство льда

В эту секунду Анна Карловна Тидеманн готова была жизнь отдать за своего обожаемого шефа.

– Я прав, Анна Карловна?

Она расплылась в ответной улыбке:

– Я не смею оценивать вашу правоту или неправоту, но мне, безусловно, приятно, что вы приняли такое решение. Благодарю вас.

Никакие эмоции, даже самые положительные, не могли заставить ее изменить тот стиль речи, которым она пользовалась, находясь на службе.

– Александр Владимирович, я могу задать вам вопрос?

– Ну конечно, – кивнул он, снова утыкаясь в почту.

– Если вы собираетесь вместе со мной заниматься растениями в приемной, что мне надлежит сделать, чтобы оградить вас от нежелательных контактов?

Так и только так. Не «как вы собираетесь прятаться от Катерины», а «что мне надлежит сделать». Старая школа.

– Н-да, – он поднял голову и озадаченно посмотрел на нее, – об этом я не подумал. А мы дверь запрем! Закроем приемную и займемся делом.

– Но ведь все знают, что вы в издательстве, – осторожно возразила Анна Карловна. – Это совершенно невозможно, чтобы я закрыла приемную и ушла, когда вы здесь. Люди этого не поймут.

Филановский расхохотался, и получилось это у него задорно и как-то вкусно."

"– Голубушка, Анна Карловна, мы с вами не в том возрастном статусе, чтобы люди могли подумать что-нибудь необыкновенное. Вы – почтенная дама, строгая и неприступная, у вас внуки, и один из них настолько взрослый, что даже работает у меня, ну кому придет в голову подумать о вас что-то нехорошее? И потом, вы, по-моему, давно не перечитывали книгу моего брата.

Вернувшись в приемную, Анна Карловна еще какое-то время занималась своими прямыми обязанностями, отвечая на звонки, передавая указания и заполняя контрольные карточки на расписанные начальником документы, потом заварила себе чаю и достала с полки книгу Андрея Филановского «Забытые истины», выпущенную их же издательством.