Чумовая дамочка

Я влезла в окно, спрыгнула с подоконника, отодвинув штору, и сразу же увидела Ваньку. Он сидел в стареньком расшатанном кресле, руки его были привязаны к подлокотникам. Шея перерезана от уха до уха. Ванькина голова лежала на спинке кресла перпендикулярно туловищу. Все пальцы на руках сломаны. Я торопливо огляделась. Искать что-либо здесь бесполезно, основательно порылись и до меня. И все же кое-что интересное я обнаружила. В туалете, в мусорной корзине - банковские ленты, а в кармане Ванькиного пиджака - почти двести долларов.

- Благодетели, - усмехнулась я и даже головой покачала.

Надо уходить отсюда, соседи слышали шум и могли позвонить в милицию. Я подошла к телефону, он не работал. Прислушалась, стоя возле двери, потом решительно распахнула ее и покинула квартиру, оставив дверь незапертой, чтобы ментам легче было войти. Позвонила в милицию из первого же автомата. Голову разламывало от боли, колени дрожали, каждый шаг стоил неимоверных усилий, «Мне надо лечь, - думала я, шагая вдоль новостроек, - Уснуть.

Забыться. В таком состоянии я гроша ломаного не стою».

Не помню, как я выбралась к городской ТЭЦ, дальше начинались пустыри, возле небольшого пруда густые заросли ивы. От остановки далеко, и желающих отдохнуть здесь немного. Я свернула на узкую тропинку, прошла по ней с километр и повалилась в высокую траву. Волна беспамятства мгновенно накрыла меня. Очнулась я от холода. Головная боль не прошла, шею ломило от не-удобной позы. Я лежала на животе, прижав к груди сумку. Со стоном перекатилась на спину и увидела звезды.

Темное низкое небо и звезды. Я лежала, раскинув руки, таращилась на них и пыталась предъявить претензии судьбе. Глупейшее занятие, но иногда так хочется пожалеть себя. Правда, длилось это недолго. С судьбой вообще спорить не стоит, на то она и судьба, чтоб вертеть тобой, как сочтет нужным, а ты терпи, ворон не лови и надейся на лучшее."

"- Вот-вот, - сказала я вслух. Проверила сумку, деньги на месте, отряхнула джинсы, одернула свитер и зашагала по тропинке в сторону остановки.

Часы показывали половину первого. Было прохладно, я ускорила шаг, головная боль понемногу начала отступать, так что, когда я вышла на троллейбусную остановку, мое физическое состояние можно было признать удовлетворительным. Фонари здесь не горели, окна домов не светились по причине позднего времени, а звезды выглядели блеклыми. Я с превеликим трудом обнаружила телефон-автомат и позвонила Вальке. Он, должно быть, бодрствовал, потому что ответил сразу.