Чудовищное предложение

 – Мне нужно войти туда одному.

– Да, конечно. Да. – Она обернулась. Глаза Одри были полны слез. – Ей так плохо…

Я не ответил.

Развернувшись, пошел к двери, ведущей в палату.

Там пахло лекарствами и удручающей тоской. Моника Зейн сидела на кресле у окна, закрытого жалюзи, и смотрела перед собой. Но стоило мне войти, она сжалась, опуская взгляд.

– Добрый день. – Стараясь говорить тихо, я сделал несколько шагов в ее направлении и остановился. – Вы могли бы уделить мне некоторое время?

Она не реагировала.

– Миссис Зейн?

Чуть дрогнув, женщина всхлипнула.

– Моника. – Я сделал еще несколько шагов. – Меня пригласил ваш племянник, Томас. Вы ведь помните его?

Она медленно подняла голову и посмотрела на меня. Меня прошибло током от этого взгляда, полного страхов, одиночества и непонимания.

– Вы врач? – спросила миссис Зейн, разглядывая меня.

– Нет. Я…

Запустив руку в волосы, нервно убрал их назад. Посмотрел на стекло, которое с этой стороны было лишь зеркалом…

– Там люди, – проговорила Моника.

– Откуда вы знаете? – спросил я.

– Я забыла несколько десятков лет, но не стала полной идиоткой, – раздраженно ответила женщина.

Она нахмурилась и напомнила меня. Словно мое воплощение, постаревшее и облеченное в женскую форму. Удивительно, но даже манера говорить у нас была похожей, а ведь она всего лишь родила меня, сразу после этого исчезнув.

– Так кто вы такой? – Моника постаралась сесть ровнее, при этом кутаясь в белую шаль.

– Нет.

Она недовольно поджала губы, вцепилась в подлокотники, как я цеплялся за руль автомобиля пару минут назад…

– Тогда что вам нужно? – спросила миссис Зейн. – Не понимаю.

– Я пришел, чтобы поговорить.

Еще пара шагов, и вот мы совсем близко друг к другу. Придвинув стул, я сел напротив Моники и, вздохнув, представился:

– Меня зовут Аарон Харрис. Фамилию дали в социальных службах, а имя выбрала мать.

Женщина чуть приоткрыла рот, шевельнув губами.

– Отца моего жениха звали Аароном, – наконец сказала она. – И когда мы подбирали имена ребенку… Мы ведь не знали, девочка будет или мальчик…

Она замолчала, положив руку себе на живот. Погладив его, посмотрела вниз и внезапно расплакалась.

– Теперь его нет. Давно нет. Моего ребенка. – Плечи Моники дрожали, а по лицу текли слезы.