Чудовищное предложение

Потому что в такой ситуации всегда есть вопросы без ответов. То, что требует прояснения, то, что требует правды, какой бы она ни была. Если бы я к ним не поехала, узнав это, то после долгие годы возвращалась бы мыслями и терзала себя. Это… своеобразный незакрытый гештальт, понимаешь?

Он по-прежнему возвышался надо мной несокрушимой, подавляющей громадой, но больше не пугал, как в первые дни нашего знакомства. От крупного тела веяло, скорее, надежностью скалы, а ощущать горячие руки на коже было приятно. Он медленно провел ладонями ниже, спускаясь к моим локтям, а после переместил руки на талию.

– Может, ты и права, малышка… Может, и права. Я подумаю об этом.

– Завтра? – нервно хихикнула я, не знаю почему вспомнив цитату из легендарной книги.

– Именно, я подумаю об этом завтра, – усмехнулся Аарон, глядя на меня потемневшими глазами. – А пока… пока я тебя поцелую. А ты поцелуешь меня, не так ли, дорогая невеста?

Он наклонялся медленно. Неотвратимо, как цунами. Уверенно, как легендарный завоеватель на пороге нового города.

Вопреки ожиданиям, прикосновение твердых губ не было властным и подавляющим. Наоборот… он мягко, нежно коснулся моего рта своим, прихватывая нижнюю губу, а после отстранился и протянул:

– Теперь твоя очередь, малышка Одри… Поцелуй меня."

"Я нерешительно положила руки на его грудь и вздрогнула от ощущения гладкой кожи под своими ладонями. Прикосновения к Аарону приводили меня в пьянящий, древний, как сам мир, восторг женщины перед мужчиной.

Ладони сами собой скользнули выше, я обняла мужчину за шею и прижалась губами к его рту в своем первом, робком, изучающем поцелуе. Первом, когда я САМА целовала его, а не покорялась воле будущего мужа.

Это оказалось… увлекательно. Да, именно увлекательно. Целовать, гладить и отслеживать реакцию на мои прикосновения.

Насладиться иллюзорной властью над сильным хищником мне не позволили.

Аарон стиснул талию, прижимая меня ближе к собственному телу и к… внушительной такой выпуклости под полотенцем. Если раньше, когда он был раздет, его мужское достоинство пребывало в спокойном, хоть и не маленьком виде, то сейчас… это даже сдуло с меня часть чувственного флера!

– Тш-ш-ш… – уловив перемену, попытался успокоить меня жених.