Чудовище. История невозможной любви

Он строил планы относительно своей женитьбы, невзирая на то, что Гастон продолжал копаться в родословной Цирцеи. Не проходило дня, чтобы он не возвращался к этой теме.

— Ей-ей, ты начинаешь утомлять меня, Гастон! Все болтаешь об этой свинской ферме так, будто это действительно правда. Когда ты уже успокоишься?

Но Гастон не отставал:

— Поедем со мной, дружище, и сам все увидишь!

Проехав несколько миль, они добрались до маленькой фермы, приютившейся за лесом у заброшенной тропы.

Там была его Цирцея. Она стояла в загоне и кормила свиней, подол ее простого белого платья был запачкан грязью.

Цирцея выронила ведро и продолжала стоять, глядя на двух мужчин.

Она не проронила ни слова.

— Вылезай сюда! Разве так нужно встречать гостей? — грубо окликнул ее Принц.

Цирцея широко раскрыла глаза, словно выходя из оцепенения.

— Конечно, — вяло сказала она.

Она выбралась из загона и приблизилась к мужчинам, высоко задрав голову, потому что они так и продолжали сидеть в седлах. Цирцея чувствовала себя маленькой, раздавленной, не способной вынести их осуждающие взгляды.

— Здравствуй, любимый, что привело тебя сюда? — спросила она.

— Что на самом деле меня сюда привело? — ухмыльнулся Принц. — Почему ты не сказала, что твой отец — простой свиновод?

Цирцея растерянно взглянула на Принца, смутилась и едва нашла силы, чтобы ответить:

— Что ты имеешь в виду, мой дорогой?

— Не нужно разыгрывать передо мной комедию, мадам! — взорвался Принц.

— Но ты никогда не спрашивал меня о моих родителях, — заплакала Цирцея. — Я никогда не лгала тебе! И какое это имеет значение? Мы же любим друг друга! А любовь побеждает все.

— Любить тебя? Ты это серьезно? Взгляни на себя — ты вся в навозе! Как я могу любить тебя?

Он сплюнул на землю, а затем обернулся к своему другу:

— Поехали, Гастон, подальше от этого вонючего места.

И они ускакали, обдав на прощанье красивую девушку комьями грязи и облаком пыли, поднятым копытами их лошадей.

ГЛАВА IV

Младшая сестра ведьм

Принц сидел один в своем кабинете у камина, потягивая спиртное из бокала. Его преследовали образы Цирцеи.