Черный маркиз

О чем мог подумать этот человек, увидев такую странную кавалькаду? И что сказали бы они, если бы знали, кто сидел в ней?

— Как ты думаешь, де Кориак может быть сейчас там, около домика? — спросила Диана.

— Хорошо бы. Мои люди возьмут де Кориака живым, если это будет возможно.

Диане стало холодно и захотелось поскорее оказаться дома. Правда, она не знала теперь, что считать своим домом.

— Ты так и не сказал, как доставишь меня назад в Куинс-Хаус, чтобы никто не заметил.

Он взглянул на нее:

— По мановению волшебной палочки… Мы едем в Маллорен-Хаус.

— Почему?

— Потому что возвращение в Куинс-Хаус связано с большими трудностями.

— Но… Впрочем, Клара не станет поднимать тревогу.

Он вздохнул.

— Как бы там ни было, я не могу пока оставить тебя без присмотра, Диана.

Холод внутри ее сменился жаром. Бей был в каком-то необычном состоянии, и, возможно, это первый шаг к победе. В ней затеплилась надежда.

— А что мы скажем королю? — спросила она.

— Конечно, правду, но чуть позже.

Они въехали на широкую улицу с высокими домами. Должно быть, Мальборо-сквер уже близко.

— Кто же все-таки задумал похищение? — поинтересовалась Диана. — Неужели шевалье Дейон связан с этим подлым делом?

Бей повернулся к ней:

— Именно это я и собираюсь узнать.

От страха у Дианы перехватило дыхание.

— Не надо драться с ним.

— Постарайся впредь ради моего спокойствия не делать ни шагу без моего ведома.

— Черт бы тебя побрал!

Бей снова посмотрел вперед.

— Ад и я уже давно хорошо знакомы друг с другом.

Это прозвучало совсем не как сдача своих позиций.

— Удобно ли мне находиться в Маллорен-Хаусе, ведь мы не женаты? — спросила она, не сумев скрыть свою горечь.

— Там Порция. Они с Брайтом недавно вернулись, подгоняемые предчувствием Элф.

— Предчувствием, касающимся сегодняшней ночи? Это невозможно.

— Нет, предчувствием относительно тебя и меня. — Он посмотрел на Диану:

— Она предупреждала меня еще в Аррадейле.

— Черт побери!

— Ты хочешь отправить в ад всю семью Маллоренов?

— Иногда да.

— Элф была права. Мне не следовало сближаться с тобой, поскольку я знал, что не смогу сделать тебя счастливой. — Затем холодным, как луна, голосом он спросил:

— Правда это или нет, что теперь ты не хочешь связать свою жизнь ни с кем другим?

— Когда мы впервые встретились, я вообще никого не хотела иметь. Теперь же, когда речь идет только об одном мужчине, это уже что-то.