Чудеса в кастрюльке

Потом мальчик притих. Я уже обрадовалась, что ему надоело, но тут он вытянул вперед руку и указал не слишком чистым пальцем на даму, на плечах которой красовалось мохнатое пальто ядовито-зеленого цвета.

– А это из кого?

Чтобы отвязаться, я ответила:

– Понятия не имею.

– А я знаю, – заорал Ваняша, – из кикиморы болотной, из ё… кикиморы!

Народ грохнул, Куприн покраснел, дама, наоборот, посинела и весьма злобно прошипела:

– Лексикон у вашего сынишки весьма обширен. Впрочем, яблоко от яблоньки…

Но тут поезд подкатил к нужной нам остановке, я вытолкала Ваньку на перрон.

– Глагол ё… говорить нельзя, понял?

– Ё… не глагол, – влез Куприн, – а, на мой взгляд, прилагательное.

Я обозлилась.

– Какая разница! Нельзя, и все!

ГЛАВА 12"

"В поликлинике оказалась очередь. Ванька начал сновать между креслами, задевая подлокотники. Люди вздрагивали. Потом мальчишка придумал иную забаву. Он разбегался и с диким визгом скользил по кафельному полу. Издавая оглушительный звук, Ваняша ухитрялся перекрывать неумолчный вой бормашин и вопли висящего под потолком телевизора.

– Зачем ребенка с собой притащили? И так тошно, а тут он мельтешит.

Я промолчала.

– Наверное, оставить не с кем, – ответила девушка, стоявшая у двери в кабинет.

– Один посидит, – ринулась в бой бабка, в силу возраста ненавидящая всех здоровых, веселых и счастливых, – эка беда! Нас родители с года бросали, и в поле.

– Поэтому вы такая злая, – вздохнула девушка, – понятно, комплекс нереализованных желаний!

– Сама ты проститутка! – обиделась ничего не понявшая бабка. – Одела юбку по самую не хочу и стоит, сесть боится!

– Идите вперед меня, – предложила нам девушка, когда из кабинета вышел пациент, – что мальчишку мучить.

Я быстро втащила Куприна внутрь и всунула в кресло. Бледный до синевы, муж уставился на аккуратно разложенные никелированные железки и стиснул покрепче зубы. Врач, милая женщина лет тридцати пяти, сказала мне усталым голосом:

– Лучше в коридоре подождите, мужчины при женах всегда капризничают.

Я пошла к двери, слушая, как она приговаривает:

– Ну, ну, откроем ротик, только посмотрю, вот, видите, руки без инструментов.