Чудеса в кастрюльке

Я схватила осколки, быстро бросила их на тарелку и, глядя, как по ним растекается коричневая лужа, сказала:

– Что вы так нервничаете? Подумаешь, изменили мужу? Да я бы на вашем месте давным-давно от него сбежала, очень уж ваш Дементий противный!

– Нельзя мне от мужа уходить, – тихо пояснила Милена, – он отец моих детей.

– Ну и что? Тысячи женщин поднимают ребят в одиночку, зато ощущают себя свободными.

– У меня семеро, – напомнила Милена. – Дементий хорошо зарабатывает, вот я и терплю, ради деточек.

Я не удержалась и спросила:

– Ну зачем вы столько нарожали, а?

– Вера не позволяет аборт делать.

От негодования я замолчала. Вера! Согласна, религиозному человеку жить легче, семья у него прочнее, дети воспитаннее, а трудности он переносит спокойнее, чем атеист. Но ведь не зря наши предки придумали поговорку «Заставь дурака богу молиться, он лоб расшибет». Конечно, я знаю, что церковь крайне негативно относится к насильственному прерыванию беременности, но ведь бывают такие варианты, когда иного выхода просто не найти.

В нашем дворе во времена моего детства жила Авдотья Филимоновна, чрезвычайно набожная старуха. Вера ее была агрессивной; милая бабуся, считавшая себя образцом поведения, налетала на всех, кто, по ее мнению, вел себя не так.

– Вот схватят-то тебя черти после смерти и заставят сковородки горячие языком лизать! Будешь знать, как грешить! С меня пример бери, с праведницы.

Чаще всего дети в слезах убегали домой, а родители ничего не могли поделать с Авдотьей Филимоновной.

Представьте теперь мое изумление, когда в Чистый четверг мачеха Раиса, запихивая в кастрюлю луковую шелуху, сообщила:

– Ну у Авдотьи праздника нет.

– Почему? – спросила я.

– Мясо весь пост ела.

– Да ну? Не может быть!

Раиса рассмеялась.

– Точно.