Чудеса в кастрюльке

А если учесть, что Ежи и Маргариту Федоровну связывали близкие отношения, то все складывается один к одному!

Собравшись с мыслями, я снова поднялась наверх к будке и набрала номер. Послышалось шуршание, затем бойкий молодой голос ответил:

– Да.

Ага, значит, неведомому Николаю нет и тридцати, следовательно, я ввожу в действие план «Перехват».

– Николаша?

– Да.

– Ладно, я согласна.

– На что? – изумился парень.

– Как это? – старательно возмутилась я. – Сам приглашал прокатиться… Неужели забыл? Это Света!

– Великолепно узнал, – затараторил Коля, – просто глупо пошутил.

– Я сегодня выходная.

– Ну, – протянул Николай, – может, для начала пообедаем вместе? Дай на часы взгляну. Ага, в два можешь?

– Говорю же, выходная, заезжай за мной. Наверное, помнишь, куда подвозил.

– Понимаешь, – забубнил Коля, не желающий говорить правду даже о том, что он не помнит ни ее адреса, ни имени, ни внешности, – центр забит, пробки кругом, пока доплетусь, год пройдет.

– Забыла, какая у тебя машина.

– «БМВ», черная, номер ноль шестьдесят шесть, ну заметано?

– Ладно, – хихикнула я, – жди, уже лечу.

Времени у меня оказалось вагон. Поэтому сначала я пробежалась по магазинчикам, приветливо распахнувшим двери у метро, а потом отправилась на «Маяковскую». Настроение было самым радужным. Во-первых, Николай должен помнить, куда отвозил Маргариту с девочкой, а во-вторых, всего за тридцать рублей я купила в ларьке хорошенькую керамическую мышку, и это приобретение обрадовало меня чрезвычайно!

Вся площадь вокруг монументального Маяковского была забита машинами.

Табличка с нужными цифрами украшала зад черно-лаковой, совершенно роскошной тачки. Я еще раз одернула шапочку и постучала пальцем в стекло. Дверь мигом распахнулась. Из кожаного салона пахнуло сигаретами, одеколоном и послышалась бодрая музыка.

Молодой кудрявый блондин, похожий на повзрослевшего ангелочка, сладко улыбнулся из-за руля.

– Садись, Светочка.

Ничего не говоря, я влезла внутрь.

– Ну поехали? – спросил Николай.