Чудеса, да и только

Нормально? И кто из нас запрещенное употребил? Продавец информации мать его! Недорого! За тридцать тысяч….

— Хрен тебе, а не тридцать тысяч! Тоже мне, продавец информации! Недорого.

— Михайлов, не жадничай! Я в этом месяце уже весь лимит исчерпал, а ребятам помочь нужно. Сосед мой с приятелем, приют для животных организовали, на энтузиазме можно сказать. Рассчитывали на одно количество животин, а их уже в два раза больше. Я все что мог перечислил, но этого недостаточно.

— Мещерский! Вот, что ты за человек? Нельзя было просто сказать: Кирилл, подкинь денег для приюта!! Сейчас перечислю… Слушай, ты случайно не знаешь, в ГУМе детские авто кресла не продаются? Или поблизости от ГУМа? Купить надо срочно.

— Мне кажется не продаются. Как вариант: закажи срочную доставку. В течении получаса привезут в нужное место.

— О! Спасибо! Все Глеб, пока. Хотя, подожди! Прикинь, сколько денег можно подкинуть приюту, если срочно продать мою шубу? Даже за половину цены. Подумай до вечера, если что, шубу отдам прямо завтра.

"Вызов отбил. Потер руки. От шубы считай избавился. На радостях перевел рыжей морде пятьдесят тысяч. Потом, заказал авто кресло с доставкой на парковку.

Вскоре ко мне подошли накатавшиеся Алена с Егоркой.

На метро они собираются ехать домой, ага, как бы не так. Отвезу на машине. Вместе с подарками. Заберете, все, что купили, никуда не денетесь…..

* * *В самом деле, я не знал, как убедить Алену отказаться от поездки на метро. Пришла одна идея в голову, ее и попробовал воплотить.

Вид на себя напустил страдальческий. Брови домиком, уголки губ опущены, в глазах — тоска. Так на мой взгляд должен выглядеть человек внезапно почувствовавший недомогание. Надеюсь выглядит достоверно. Черт! Не додумался отрепетировать в отражении самовара. Ну, уже как есть.

— Как покатались? — спрашиваю слабым голосом. Типа на последнем издыхании нахожусь.

— Круто! Ален, мы еще приедем на каток? — возбужденный, раскрасневшийся Егорка, вроде и об усталости уже забыл.

— Может всё же до Пиццы добредем? — интересуюсь все тем же безжизненным тоном.

Этот стон у нас песней зовется.

— После каникул приедем Егорка. Как раз ажиотаж спадет, — отвечает ребенку Алена, а сама, с подозрением на мою физиономию поглядывает.

Морщусь повторно. Типа от боли.

— Ажиотаж? Это что? — переспрашивает Егор и сам себе отвечает, — вспомнил, бабушка объясняла — это когда всё одно и то же хотят купить и друг у друга отнимают.