Честь и кровь

Едва только ткань занялась, он шагнул к спуску в подпол и, размахнувшись, швырнул все имевшееся на совке в провал.

Сидевший в подполе человек явно не был готов к такому повороту. В подполе кто-то тихо выругался и шарахнулся в сторону. Похоже, пара угольков попала на него. Воспользовавшись моментом, Елисей просто спрыгнул вниз и, не пытаясь встать, сразу перекатился в сторону. В свете догорающей тряпки он заметил фигуру, суетливо стряхивавшую угольки со штанов. Приподнявшись на коленях, парень резко взмахнул рукой, и бебут, коротко свистнув в воздухе, вонзился неизвестному в грудь.

Дамасская сталь разрубила ребра, словно бумагу. Одним прыжком оказавшись на ногах, Елисей метнулся вперед, и второй кинжал пробил неизвестному шею чуть ниже уха. Захрипев, мужик медленно осел на земляной пол. Помня, что у него должен быть огнестрел, парень первым делом пробежался ладонями по вздрагивающему телу и, нащупав две рукояти, выхватил пистолеты у него из-за пояса.

Помня, что доверять бандитам нельзя ни в чем, Елисей продолжил обыск и в кармане штанов обнаружил еще один пистолет.

Жилетного размера. Избавив это тело от всего, что можно было использовать как оружие, Елисей сложил все найденное на ступеньке лестницы, после чего вернулся к своему пленнику. Выдернув из его рта кляп, парень пару раз хлопнул его ладонью по морде, заставив застонать и болезненно поморщиться. Голова у мужика явно болела.

Убедившись, что пленник очнулся, Елисей поднялся и, припомнив, где бандиты хранили свечной фонарь, потянулся к полке.

Фонарь обнаружился там, где был и в прошлый раз. Чиркнув пару раз кресалом, парень затеплил свечу и, осветив пленника, негромко спросил:

– Говорить станешь, или сразу из спины ремней нарезать?

– Ты кто? – послышалось в ответ.

– Смерть твоя. Кто в схроне сидит?

– Никого, – скривился мужик, приметив тело у соседней стены. – Немтырь один тут был.

– Он немой, что ли, был? – на всякий случай уточнил Елисей, кивая на убитого.

– Угу. Здоровый в подполе выстрела не снесет.

А этому все одно. И так ни хрена не слышит. Зато нюх как у собаки был. Да, видать, ты хитрее оказался.

– Ну, логика во всем этом есть, – чуть подумав, тихо проворчал Елисей. – А как тогда получилось, что ругался? – вспомнив суету, когда метнул угли, спросил парень.

– Не ругался он. Не умел. Бубнил только, глухо, вот и помстилось, что ругается, – вздохнул мужик. – Тебе чего надо-то? Денег? Так они не здесь.

– А где?

– В моей комнате, под кроватью.