Чертова баба

— Вот! «У Федуева сажают деревья… „Новый русский“ хочет тенистую аллею, как в девятнадцатом веке». Читать дальше?

— Нет, спасибо.

— Точная дата тебе нужна, когда сделана эта запись?

— Обязательно!

— Смотри сама! Аня взглянула на экран.

«Похоже, похоже на правду то, в чем уверяет Феликс Иванович, — думала Светлова после раз-, говора с Алисой, глядя, как та щелкает клавиатурой на своем ноутбуке. — Похоже… Федуев хоть и вор, но тут, видно, ему можно поверить!»

Получается вот что: в день, когда исчез Селиверстов и когда, по Аниным предположениям, его мог сгоряча укокошить неадекватный Виктор, в Федуевке копают глубокие ямы, сажают деревья.

— Алиса, сколько отсюда до Твери? — спросила Анна на всякий случай.

— Два тридцать пять, — пробормотала та автоматически, не отрываясь от ноутбука.

И вдруг вздрогнула и оглянулась на Светлову.

— А зачем тебе?

— Да так, — уклончиво пробормотала Светлова. Откуда такая точность? И что означали странные слова Феликса Ивановича, брошенные им Светловой на пепелище?

Вот так дела! Одного подозреваемого, Федуева, Анна только что лишилась, зато другая…

Какой-то странный шум, доносящийся с улицы, отвлек Светлову от этих размышлений.

Похоже, этому дню не суждено было завершиться спокойно.

С улицы явственно доносились голоса. Мужские и не совсем трезвые.

— А ну-ка, пойдем поглядим! — Алиса встревоженно побежала по лестнице наверх.

Светлова за ней.

Из окна на втором этаже хорошо было видно, что у ворот Алисиного дома толпятся люди.

Возможно даже, что это были те же самые люди, что подожгли Федуевку.

Ане показалось, что она узнала парня, который воровал груши.

Народная месть? Видно, юшка, которую пустил воришке Виктор, Федуевке боком вышла. Сожгли! А теперь вот и до блондинки Алисы, кажется, добрались.

Русский бунт бессмысленный и беспощадный.

Вот и ответ на ностальгический вопрос Феликса Ивановича!

«Жили бы да жили! Ну что мешало?!» — интересовался Федуев. Вот то и мешало. Потому и не могли.

— Зачем им бревно? — Светлова встревоженно переглянулась с хозяйкой дома.

— Думаю, сейчас увидим, — только вздохнула Алиса. — Ждать долго не придется!

И правда… Несколько мужиков подтащили довольно увесистое бревно к воротам и с традиционным народным «эй, ухнем» ударили им в железные створки.