Черта с два !

- Ладно, делай как знаешь, - проворчал Денис, - только про меня не болтай, в ментовку все равно не пойду.

- Хорошо. И давай договоримся: будь поосторожней, ночью по улицам не шатайся и никому ничего не рассказывай. Я тебе телефон дам, если что, позвони...

Он взял бумажку с номером телефона, сунул в карман и зло пробормотал:

- Навязалась на мою голову...

- Отвезти тебя домой? - предложила я.

- Какое домой... работы полно.

Он сурово посмотрел на меня, вышел из машины и громко хлопнул дверью. А я стала искать телефон-автомат.

- Николай Петрович, - начала я дрожащим голосом, - я видела человека, одного из тех, кого встретила в квартире Андрея. Я ничего не понимаю, но сейчас он был в милицейской форме. Его спутник назвал его Васей. Я совершенно убеждена, что встреченный мною милиционер тот самый молодой человек, но этого ведь не может быть, правда? Иначе выходит, что убийцы.

- Вы нашли мальчишку? - вдруг спросил Степаненко.

- Что?

- Вы нашли мальчишку, и он вам что-то рассказал?

- Нет, вовсе нет. - Я вдруг испугалась. - Я просто заезжала на вокзал и случайно увидела того человека... Наверное, я ошиблась, извините. - Я бросила трубку и стрелой кинулась к машине.

""А что, если Денис прав? - осведомился вдруг внутренний голос. - Что, если это какая-то тайная операция, о которой никому знать не положено? Это не у нас, это в американских фильмах обычно ЦРУ такими штуками занято, а ты дура и ничего в подобных делах не смыслишь.

- Я обещала Денису...

""Ребенку одиннадцать лет, а ты взрослая тетя и должна понимать"".

- А я боюсь. И вообще, заткнись и не вздумай высовываться, я еду домой и ничего об этом убийстве больше слышать не желаю.

Утром я смогла настолько успокоиться, что принялась за работу. Часа три все шло нормально, потом я вышла на кухню выпить кофе, а вернувшись, застыла перед рисунками в полном недоумении.

- Это черт знает что! - подумала я вслух. Алиса выглядела испуганной, а обитатели Зазеркалья не иначе как ожидали землетрясения. Я досадливо отшвырнула листы, уставилась в стену и пожаловалась ей: - Нет, так нельзя. Надо со всем этим что-то делать.

""Вот сказанула так сказанула"", - хихикнул внутренний голос, последнее время он отличался повышенной вредностью, никакой на него управы. Я покосилась на телефон.