Черта с два !

Тебе даже Меченый уважение оказал, а в городе он фигура.

- Ты разболтал? - нахмурилась я.

- Слух и так был, на улице нет секретов. Меня спросили, я ответил. Что ж, врать надо было?.. Узнать бы номер нашего сотового, чтоб звонить можно было: удобнее.

- Сдурел совсем, - рассердилась я. - Где ты видел приемщицу посуды с сотовым телефоном? Да сюда из ФСБ понаедут, решат, что шпионка.

- Оно конечно, - загрустил Денис и спросил с недоумением: - А чего этот гад, Татарин то есть, о своем телефоне не позаботится, дорогие подарки делает?

- Может, ему нравится со мной болтать? - пожала я плечами.

Часам к двум прибежал мальчишка и сообщил еще два адреса, кажется, в городе не было места, где Татарин мог укрыться. Однако, хотя доступ ко мне имели только четверо сорванцов из числа особо надежных, а остальные собирали информацию втемную, я прекрасно понимала, что время работает против нас. То, что на улице нет секретов, пожалуй, было верно и действовало в обоих направлениях, поэтому Татарин очень скоро узнает, что им активно интересуются.

Вечером отец Коти забрал посуду, выдал мне тридцатку и спросил:

- Вы случайно не банк затеяли ограбить?

- Какой? - не поняла я.

- Тот, что за углом.

- Я даже не знала, что он там есть.

- Есть. Пацаны по пять раз за день прибегают, с одной да с двумя бутылками.

- Тоже деньги, - пожала я плечами. - Жвачку купят.

Он посмотрел внимательно и кивнул.

- Дело, конечно, не мое, но и ты пойми: не хочу, чтобы сын в историю вляпался.

- Никаких историй, - заверила я. Сашка меня успокоил:

- Не бери в голову, батя молчать будет, я его предупредил...

Утром следующего дня я только-только устроилась на ящике, как рядом возник белый ""Опель"", номера я знала и потому замерла, как соляной столб.

""Ну вот"", - пронеслось в голове.

- Деточка, хочешь я найду тебе работу получше?

Я слабо улыбнулась, он сделал ручкой и поехал дальше. А я засмеялась, потому что поняла: Татарин меня не узнал. Часа в три пришел Котя.

- Порядок, - сказал он деловито, - мы его нашли. Подходит под описание, и пацаны с его улицы сказали: он вечно с Татарином болтается, дружки.