Черт-те что и сбоку бантик

– А… Да, я что-то устал. Пойду спать.

– Только ляг в Аськиной комнате. Ненавижу, когда ты такой пьяный.

– Да? Ну и ладно, не больно-то и хотелось…"

"Слава богу, подумала Наташа. А ведь Глеб своего добьется. А хочу ли я быть его женой? Наверное, хочу. Я люблю его. Но боже, что придется преодолеть… Может, мне лучше уйти с канала, чтобы обо мне все забыли? Но я не хочу, я люблю эту работу, я даже мечтать о такой не смела… И ведь у меня получается… Нет, только не это! И Глеб вовсе не хочет, чтобы я была просто женой.

Фу, даже думать не хочу! Я буду работать. И вообще, зачем загадывать… Я буду работать, буду встречаться с Глебом, буду наслаждаться тем, что подкидывает мне жизнь, а она, жизнь, сама все расставит по своим местам.

Позвонила мама.

– Алло! Мамочка, как вы там?

– Ой, Натик, я не очень поздно?

– Нет, мамочка. У вас все хорошо?

– У нас да. А ты можешь сейчас говорить? Артур рядом?

– Нет, он спит. Что случилось?

– Я просто ждала, чтобы Аська уснула. Деточка, как там твой Кузьмин? Все продолжается?

– Да, продолжается.

– Ох, Натик. И что, это прямо любовьлюбовь?

– Да, мамуля. Именно так.

– Он тебе еще предложение не делал?

– Ну почему же!

– Господи помилуй! И что?

– Пока ничего. Я сказала, что надо повременить, узнать друг друга получше…

– И слава богу! Значит ты не вовсе голову потеряла. А может еще все и рассосется. А ты в Испанию-то поедешь?

– Обязательно! У нас уже билеты на второе июля. За Аськой приедет Артур. У меня не получится.

– Жаль, конечно, но Аська обрадуется.

Она скучает по отцу.

Ох, как страшно… Что же будет?

Часть третья

Глеб Витальевич вошел в дом и сразу почувствовал, что атмосфера там предгрозовая. Он насторожился. Жена прекрасно умела создавать в доме это предгрозье. Интересно, что на сей раз?

– Люда, я приехал!

– Вот и хорошо. Надо поговорить.

Тон у нее был холодный и враждебный. Неужто что-то пронюхала?

– Надо, поговорим. Но сначала сделай мне кофе.

– Сделай сам.

– Даже так? Что стряслось?

Он подошел к кофеварке. Включил.

Налил кофе в чашку. Сел за стеклянный стол, которого терпеть не мог. Мелькнула мысль: в нашем с Наташкой доме никаких стеклянных столов!

– Я тебя слушаю.

– Ты полагаешь, что мы с Ленечкой уедем, а ты приведешь сюда эту бабу?

– Какую эту, нельзя ли уточнить? – с холодным бешенством спросил он.

– Ну эту, твою, которая у тебя на канале… – Тон у жены был до ужаса презрительный.

– Какой гигантский выбор!

– Глеб, не придуривайся, я слишком хорошо тебя знаю.