Черт-те что и сбоку бантик

Температура небольшая и куксится…

– Ничего, я присмотрю, полечу, старыми методами без этой химии, в три дня все пройдет.

– Я ей клюквенный морс сварила.

– Вот и умничка. А вы сегодня дома?

– Да если бы, у меня сегодня тяжелый день. Через полчаса уже надо выходить.

– Идите, и не волнуйтесь.

– Спасибо, Нина Филипповна.

…Дела так закрутили Наташу, что и подумать о сегодняшнем происшествии некогда было. Ну и хорошо. О чем там думать?

Вечером, когда она вернулась, уже едва живая, Артура еще не было.

Она заглянула к дочке.

– Как ты тут?

– Мам, смотри, что папа мне купил вместо зайца!

Аська прижимала к груди большого вязаного кота, черного и прекрасного.

– Ух ты, какой! – восхитилась Наташа.

– Он мне даже больше нравится чем тот, рыжий. И чем заяц! Мам, а что там было в этих пакетиках? Наркотики?"

"– Да нет, что ты! Это была… китайская жвачка, она ужасно вредная, ее запретили продавать у нас… – вдохновенно врала Наташа. Эту версию она придумала по дороге домой на случай, если дочка спросит.

– А она вкусная, эта жвачка?

– Нет, ужасная гадость.

– А ты пробовала?

– Давно еще, один раз… Фу, даже вспоминать противно. Смотри-ка, а у тебя температуры нет.

– Меня Нина Филипповна тут лечила… Но завтра я в школу ведь еще не пойду?

– Конечно нет. Будешь лежать.

– Вот прямо лежать?

– Вот прямо лежать! А папа не сказал, когда вернется?

– Сказал, что не поздно, он с дядей Сережей пошел в баню.

– В баню? Ну-ну, – усмехнулась Наташа.

Грех смывать пошел, подумала она. Отпустив Нину Филипповну, она пошла на кухню, выпила стакан кефира, съела два крекера. Странно, я не испытываю ни злости, ни ненависти. Кажется, я сумела с честью выйти из этой гадкой ситуации. Ненавижу скандалы и семейные сцены. А какая супружеская жизнь обходится без мужских измен? Но зато муж будет ценить меня еще больше.

Она приняла душ, положила на лицо крем и уже собралась лечь, когда явился Артур.

– Наташка, я был в бане…

– Грех смывал?

– Не просто смывал, а выпаривал.

– Да не поможет!

– Почему?

– Все слишком запущено. Радикально может помочь только кастрация.

– Наташка! – расхохотался муж. – А тебе самой-то нужен муж-кастрат?

– Да не очень. Только если у тебя вдруг прорежется контр-тенор.

– Ну это вряд ли, – рассмеялся Артур.

Мир был восстановлен.

Глеб Витальевич был страшно занят, но в редкие свободные минуты он закрывал глаза и видел лицо Наташи.