Черт-те что и сбоку бантик

Ты только на ночь крем не клади. Пусть кожа отдохнет, а утром масочку, и будешь как новая.

– Спасибо, Левочка.

– Наташа, вы еще здесь? – влетела в гримерку Люба, помощница Кузьмина. – Наташа, у нас в следующие выходные выезд на природу.

– Куда? Зачем?

– Ну так канализация же!

– Что? – не поняла Наташа.

– Да это хохма такая, Петровых придумал. Канал приглашает своих региональных партнеров на совещание, так называемый съезд станций, два с половиной дня работаем, потом тусовка. Все обставляется очень роскошно, собираются все спонсоры…

– А можно мне не приезжать?

– Ни под каким видом! Вы сейчас одна из главных наших фишек.

– А я там зачем?

– А вы и другие лица канала как крем на тортике. Выезжаем в четверг вечером. Нужно вечернее платье.

– Господи помилуй! А у меня же в пятницу съемочный день. Я, если так уж необходимо, приеду в субботу утром.

– Хорошо. Я записываю.

– Наташа, машина ждет! – крикнул кто-то.

– Уже иду.

Завтра полдня буду спать. Она знала, что после съемочного дня заснуть ей удастся только уже под утро. Она будет прокручивать в голове весь день, все четыре встречи, терзаться сомнениями – не зря ли я задала тому-то тот-то вопрос, не надо ли вырезать неловкую оговорку гостя. Она всегда присутствовала на монтаже программ. И нередко вступала в жестокий спор с режиссером. Поначалу он сердился, ворчал, но она сумела убедить его в необходимости ее присутствия.

– Ты пойми, в этой его неловкости виновата я, так почему он должен расплачиваться за мою невольную бестактность?

– Что ты все берешь на себя? И потом, смотреть программу с такими вот живыми вкраплениями будет интереснее!

Иногда она соглашалась с режиссером, иногда он с ней, и в результате они нашли общий язык.

– Но вообще-то, Наталья, ты для телевидения слишком порядочная. Ничего, пройдет!

– Ты хочешь сказать, что я стану непорядочной?

– Ну, не то чтобы непорядочной… Но обнаглеешь, обозлишься, цинизму наберешься.

– Хорошо, что предупредил, Вовик! Буду следить за собой!

Дома у Наташи все как будто устаканилось. Артур даже как-то сказал:

– А знаешь, о твоей программе много говорят…

– Кто говорит?

– Да многие. Практически куда ни придешь, везде девушки обсуждают ее и тебя заодно. Как ты была одета, как причесана, какие на тебе были цацки…

– Тебе это неприятно?

– Да нет, скорее наоборот. Я тобой горжусь.