Черный мятеж

Тот, очнувшись, вздрогнул, безумно уставившись на своих «товарищей».

Амаду бросил приказание, не глядя на него:

– Дать ему воды и приготовить к высадке!

Вертолет висел над Атлантикой.

С платформы по-прежнему не поступало никаких сигналов. Все это выглядело по меньшей мере странно, но медлить было нельзя. Пилот, поглядывая на приборы, нервничал не меньше, чем все остальные на борту. Запасы топлива были не бесконечны. Руки и ноги затекли, а от горячего металла, нагретого солнцем, становилось нестерпимо жарко. Казалось, что уже плавился мозг.

Огиссе процедил сквозь зубы:

– Черт, да что ж они там так долго возятся! Захватить двух белых, из которых одна баба, и то не могут! Все, хватит! Приготовиться к высадке следующим. Если через тридцать секунд ничего не произойдет и никого не будет, отправитесь вниз!

Двое солдат приготовились к десантированию, поддерживая болезненного парня. Тот очухался, но по его виду было понятно, что рассчитывать на него особенно не приходится.

«Тем лучше! – злобно смотрел на него Огиссе.

В следующую секунду резкий толчок и звон разбитого стекла заставил всех находящихся на борту упасть на пол. По вертолету открыли огонь.

– Всем встать! Нельзя на пол! Без паники! – закричал Огиссе.

В первые секунды было непонятно – откуда именно стреляли. Только когда разлетелся фонарь остекления, стало понятно, что по вертолету вели огонь с буровой платформы, то есть снизу. В том, что это – работа Мазура, сомнений у Амаду не было.

Огиссе попытался наладить оборону. Он высунулся, чтобы вычислить огневую позицию Мазура, но тут же получил пулю в плечо. Его сменил солдат-пулеметчик и в то же мгновение был ранен в ногу. Раненый пулеметчик стал палить по заброшенной платформе наугад. С вертолета казалось, что тот, кто находился внизу, стрелял с разных точек и поэтому был неуязвим. Или там засело несколько человек?"

"– Он что, охренел там совсем?! – закричал пилот на невидимого врага.

Амаду скомандовал, зажав рукой раненое плечо:

– Да отводи же машину, болван! Отводи скорее в сторону!

Один из солдат ради любопытства прильнул к иллюминатору, чтобы посмотреть, что же там внизу происходит. В тот же миг раздался звук битого стекла, а он был убит разрывной пулей. Вместо лица у него теперь было какое-то кровавое месиво. Кровь и мозг забрызгали его «коллег», явно не прибавив им решимости и усилив панику.