Черный меч царя Кощея

Это, наверное, даже полезно, поскольку всех бодрит…

— А с энтими двумя клоунами что делать будем? — Моя домохозяйка скептически указала взглядом на пыхтящих за окном царя и дьяка.

От былого чинопочитания, а также уважения государевой власти «помазанника божьего» давно не осталось и следа. Если Яга хоть как-то и побаивалась царя, то скорее по укоренившейся привычке и разово.

— Ну, что могу сказать, — на секунду призадумался я, — по крайней мере, они оба в хорошей спортивной форме, уже скоро час, как за нами трусцой бегут.

— А Филимоном Митрофановичем волков со следу собьём, — радостно предложил Митяй, но под моим взглядом притих. — Дык я так, приятное всем хотел сделать. Можно подумать, его хоть кто-нибудь любит…

— Скандалист, прощелыга, провокатор, мелкий вымогатель, подлец, предатель, кулацкий подпевала — это ещё не преступление, — не очень уверенно решил я. — Оставим одного в лесу — пропадёт человек.

Баба-яга цыкнула на избушку, та сбросила скорость. Мы спустили вниз лестницу, и двое взмыленных марафонцев кое-как на четвереньках вползли внутрь помещения.

— Водички бы… — сиплым шёпотом взмолились оба.

— Пить вам сразу нельзя. Просто умойтесь и прополощите горло. Гражданин Груздев поступает в распоряжение хозяйки избы — мыть посуду, мести полы, отгонять мух, стирать тряпки и всё прочее. Царь Горох…

— Ну…?! — набычился государь в женском сарафанчике.

— Вы приглашаетесь на военный совет, — кивнул я. — Избушка идёт на Стеклянную гору. А там живёт тот самый похититель наших жён. И кое-чьих невест…

— Ещё не факт, — поспешно напомнил наш младший сотрудник. — Энто она сама так решила, а меня, сироту, никто и не спросил ни разу…

Баба-яга отвернулась к печке, дьяк сделал вид, что его тошнит, царь — что у него болят виски, я просто стиснул зубы и кулаки, поскольку Митино нытьё по этому поводу всех уже преизрядно достало.

Это Спарта! Тьфу, это Лукошкино! Здесь если потрогал, то женись! Иначе неприятные последствия не заставят себя ждать…

Пока мы с Горохом от нечего делать обсуждали возможности штурма ни разу не виденной нами крепости Змея Горыныча (я, конечно, попытался по памяти изобразить тот рисунок Стеклянной горы, что Орёл ногтем начертил на блюде, но не уверен, что всё запомнил детально.