Черный дембель. Часть 5

Из динамиков магнитофона зазвучала ритмичная музыка, приятным голосом запел популярный сейчас в СССР французский певец. Лена схватила меня за руку и повела танцевать.

После часа танцев папа объявил перерыв — он позвал нас за стол, чтобы «восстановить силы». Пусть не все охотно, но мы откликнулись на его призыв. Я заметил, как мама носовым платком стёрла со своего лба влагу. Подумал: эта новогодняя ночь запомнится мне не только тем, что я провёл её не в СИЗО, и что я во время медленных танцев целовался с Котовой. Но и тем, что я полюбовался на танцы моих родителей.

Сейчас я даже не вспомнил, когда видел такое в прошлой жизни. А «тогда» после ареста Кирилла мама точно не танцевала и почти не улыбалась. За столом я не засиделся — позвал Лену «подышать воздухом». Но повёл Котову не на крыльцо, а в прихожую. Где вручил ей маленькую коробку: тот самый «заказ», который Илье Владимировичу передали из Москвы.

Поцеловал Лену.

— Это тоже тебе, — сказал я. — С Новым годом.

— Что это?

Лена вынула из коробки красный подарочный футляр, отбросила его крышку — в тусклом свете электрической лампы блеснули мелкие тёмно-красные рубины.

— Серёжа…

— Здесь серьги, кольцо и подвеска на цепочку, — сказал я. — Не такой роскошный гарнитур, в каком ты была на свадебном юбилее у Прохоровых. Но он тоже подходит к твоему новому платью. И к моему галстуку.

Лена не отводила взгляда от рубинов (которые ей словно игриво подмигивали). Помотала головой.

— Нет. Серёжа, я не могу…

— Можешь, — сказал я. — Скоро мы пойдём в театр.

Через пару недель. И пообщаемся там с Высоцким. Понимаешь? Как ты появишься в Москве перед Владимиром Семёновичем в новом платье, но без новых серёжек?

Лена вздохнула. Вынула из коробки золотую подвеску с красным камнем.

Взглянула на меня и спросила:

— А можно, я покажу её Наташке?

И тут же заверила:

— Твои родители не увидят.

— Покажи.

Лена сжала подвеску в кулаке, поцеловала меня в губы. Обронила «я быстро» и поспешила в гостиную.

Вернулась она, действительно, очень скоро, словно развернулась прямо за порогом.

Я заметил во взгляде Котовой удивление.

Спросил:

— Что случилось?

Лена осторожно прикрыла дверь и сообщила:

— Они целуются.

— Родители? — уточнил я.

Котова покачала головой.

— Нет, твои папа и мама в другой комнате, рядом с телевизором… наверное. Кир и Наташа целуются. Около печки.

Она показала на дверь, улыбнулась.

И тут же заявила:

— Вот видишь, Сергей, в их случае Поступок не понадобился.

А я подумал: «Как интересно.