Черный дембель. Часть 5

Если не мы…

Я пожал плечами.

Сказал:

— Надеюсь, что у меня всё получится. И мы с тобой через пару дней увидимся. Тогда Бурцевы о моей папке ничего не узнают.

* * *После полуночи я отвёз Котову на железнодорожный вокзал. Поезд до Москвы останавливался на нашей станции в два часа ночи. До его прибытия мы с Леной стояли около Братца Чижика (рядом со зданием вокзала). Держались за руки, будто пионеры на первом свидании. Смотрели друг другу в глаза. Я вновь и вновь повторял Лене, что «всё будет хорошо». Котова кивала мне в ответ, смотрела на меня встревожено и едва ли не жалобно.

У меня никак не получалось согреть её пальцы, будто сейчас был январь, а не май месяц. Вещи для поездки Лена уложила в мою дорожную сумку (взяла с собой лишь ту одежду, что была в нашей съёмной квартире). Она оповестила родителей о своём отъезде из Новосоветска вчера вечером. Вчера же она позвонила и Насте Бурцевой.

Поезд известил нас о своём приближении протяжным гудком — Лена вздрогнула, сжала мои пальцы. Я улыбнулся, достал из бокового прицепа мотоцикла сумку.

Мы обошли здание вокзала, направились к платформе. Смотрели, как длинная вереница вагонов проползала мимо застывших на перроне пассажиров. Поезд в очередной раз вздрогнул, громыхнул и остановился — люди на перроне ожили, схватили сумки и чемоданы, ринулись кто вправо, кто влево. Вагон Котовой замер напротив привокзальных часов. Дверь в него со скрипом приоткрылась. Выглянула сонная проводница, спустилась по ступеням на землю. Она смотрела на нас с надеждой, что мы протопаем мимо вагона. Но мы её разочаровали: направились к ней. Котова показала проводнице билет.

Та взглянула на него одним глазком и буркнула Лене:

— Проходите.

Но Котова не пошла к ступеням. Она обернулась, посмотрела мне в глаза. Я поцеловал её. В губы. Лена не оттолкнула меня — прижалась ко мне, положила руки на мои плечи. Раньше она стеснялась подобных поцелуев (на глазах у посторонних). Но сейчас позабыла о стеснении. Не отпускала мои губы, смотрела на меня сощуренными глазами.

— Вы как будто навсегда прощаетесь, — буркнула проводница.

Она не отводила взгляда — следила за нашим поцелуем.

Я прервал поцелуй и шепнул:

— Скоро увидимся.

Лена кивнула, провела ладонью по своей щеке. Она не взглянула ни на проводницу, ни на стоявших рядом с нами выбравшихся из вагона «подышать» пассажиров поезда. Котова схватилась за поручень и ловко взобралась по ступеням; приняла из моих рук сумку. Я увидел, что на её лице сверкали в свете уличных фонарей слёзы.