Черная ведьма желает познакомиться

Вот бедняга измучился жаждой!

Через некоторое время опытным путем Уильяму удалось выяснить, что пуговичные петельки у платья исчезли. Вернее, пуговицы остались на месте, но от колдовства намертво сросся разрез, а ткань приобрела пластичность. Если бы он не принялся целовать мою шею, посылая по всему телу приятные мурашки, сюрприз раскрылся бы быстрее, но я не жаловалась.

Содрать проклятущую тряпку не вышло. Голыми руками платье оказалось не взять. Оставалось вызывать второго подельника с ножницами.

– Картер, беги сюда! – прошипела я в пустоту.

В отличие от старшего брата, младший себя ждать не заставил. Влетел в спальню с вытаращенными глазами и выпалил с порога:

– Лакея нельзя было послать? От твоих магических фокусов я чуть заикаться не начал!

– Я черная ведьма в три… – начала было я менторским тоном, но, покосившись на ухмылявшегося Уильяма, проглотила окончание фразы. Козырять колдовскими талантами, из-за этих самых талантов пару раз оскандалившись, было, мягко говоря, опрометчиво.

– Ножницы принес? – буркнула я."

"– Какие под руку попались. – Он вытащил из внутреннего кармана пиджака самый обычный садовый секатор с короткими изогнутыми лезвиями. Некоторое время мы с Уильямом таращились на садовый инвентарь.

– Ты был в сарае?

– Дороти в сад сбежала. – Картер явно врал. – Вы решили устроить шабаш с жертвоприношениями и дикой оргией на троих?

– Прокляну, – незамедлительно объяснила я свое отношение к жертвоприношениям.

Может быть, платье секатору не давалось, или же проблема таилась в руках, садовые ножницы державших, но дело не сдвигалось с мертвой точки.

– Не шевелись! – рявкнул Уильям.

– Картер, спаси! – прохрипела я. Брент-младший бросился на выручку и принялся неуклюже теребить шелковые завязки, словно никогда не сдирал платьев с дам.

Лезвия звонко чикнули отчего-то у самого уха, и вдруг мне под ноги полетел срезанный светлый локон.

– Ой!

С изумлением мы с Картером проследили, как порхавшая в воздухе прядь вернула родной темный цвет. Я прочистила горло и честно призналась:

– Уильям, тебе повезло, что в образе мужчины ты мне нравишься больше, чем в образе рогатой парнокопытной скотины.

– Может, поменяемся? – немедленно обратился недоделанный цирюльник к брату и даже протянул секатор.