Человек с топором

Из-под стола выдвинулся металлический контейнер. Мрак нахмурился.

– Ты его там прятал? А если Ирма подхватит радиацию?

– Я его только что сюда принес, – сказал Олег. Мрак явно не понял, Олег добавил: – Две секунды назад…

– Ни фига не понял, – огрызнулся Мрак рассерженно. – Ну и что с ним делать?

– Посмотри, узришь.

Он снова щелкнул пальцами, словно подзывал собачку. Крышка соскочила и покатилась по полу. Наверх приподнялась темно-коричневая глыба, такой она показалась на первый взгляд, в обычной оптике, но, когда Мрак взглянул во всем диапазоне, внутри громко вякнуло.

Руки радостно затряслись, он шумно сглотнул слюну.

– Ого, – сказал он невольно, – это же… Олег, давай скорее есть!

– Погоди, – сказал тот безжалостно. – Щас я его вытащу, очищу, а вот уже тогда…

Мрак взмолился:

– Не могу терпеть!

– Ну, ты что за… Не станешь же есть сырым?

– Стану, – сказал Мрак твердо. – Я зверь, мне можно.

– Придется тебя человечить, – сказал Олег безжалостно. – Вот сиди и жди.

И человечил: сперва вытащил глыбу из контейнера, Мрак даже не обратил внимания, что глыба плотно упакована, подвело богатство зрения, глыба засветилась в недрогнувших руках волхва, вспыхнула огоньками.

Все рецепторы Мрака пришли в буйное помешательство, чудилось, что слюни текут даже из ушей, а желудочный сок вырабатывается и под ногтями. Олег тем временем закончил удалять примеси, глыба уже блестела мелкими крапинками, Мрак прямо видел горячие капельки сладкого дурманящего сока, что выступают на коричневой корке жареного кабанчика, на его спинке…

Он протянул руки, и эта корка послушно лопнула под его пальцами.

Выметнулся горячий одуряющий ароматный пар. Мрак с рычанием оторвал ломоть, горячий сок побежал по руке. Зубы впились в сладкую плоть, и термоядерный желудок с жадностью набросился на истекающее тяжелыми частицами лакомство.

– Отлично, – сказал Олег с неимоверным облегчением. – Вот теперь мы можем… за Край.

Мрак дернулся, когда первый раз услышал голос прямо в черепе. Первое инстинктивное желание было заорать: «Пошел вон из моей головы!», тут же устыдился, заставил себя принять истину, что так отныне и будет звучать голос Олега, когда они в космосе… или вообще на больших расстояниях один от другого.

А то, что он звучит прямо в голове, вовсе не значит, что он точит там его твердый мореный мозг, как жук-древогрыз, или хотя бы бегает по извилинам с телекамерой, подсматривает в замочные скважины.

Олег несся с неба, как падающий болид.