Час «Д»

– Вы хотели видеть меня, господа? – осведомился мужчина, скользнув по новоприбывшим цепким любопытным взглядом без тени враждебности.

– Лорд Дрэй? – следуя протоколу, уточнил Гал.

– Собственной персоной, – кивнул лорд, но не встал. – Адрин Дрэй, лорд Родхэл.

– Адрин, – мечтательно протянула Элька, – какое звучное имя, словно из баллад.

– Я Лукас Д’Агар, а моего спутника зовут Эсгал Аэлленниоль ди Винсен Аэллад эль Амарен Хелек Ангрен, можно просто Эсгал, – представился маг, не оставшись в долгу.

– Да уж, полное имечко нашего Гала точно ни в одну балладу не влезет, – ухмыльнулся гордый Рэнд.

– Мне сказали, что у вас есть для меня послание, – не моргнув глазом при столь внушительном имени, вернулся к сути вопроса Дрэй.

– Вот оно. – Лукас вынул из кармана камзола белый конверт с синей сургучной печатью и протянул его лорду Дрэю.

– Присаживайтесь, господа, – предложил тот, указав рукой на соседние с ним камни так, словно это были роскошные диваны в дворцовых апартаментах, и решительно распечатал письмо, бросив мимолетный взгляд на королевскую печать.

Гал спокойно сел, расставив длинные ноги. Лукас решил, что его злой рок сегодня – страдания седалища. Маг скорбно оглядел ни разу не мытый мылом, жесткий и пыльный серый камень, вытащил из кармана шелковый платок побольше, подстелил его и только после этого обреченно последовал примеру воина.

– Какой мужественный красавчик этот лорд Дрэй, и фигура, и лицо. А глаза – чудо! – восторженно оценила мужчину Элька.

– Да, – неожиданно для всех согласилась жрица, с целомудренным восхищением продолжив: – У него такой странный лик, особенно очи, как серебро и радуга одновременно. Я прежде такого не видала. У легких сильфов они как прозрачное серебро, но какое-то равнодушное и стылое. А это живое и теплое.

– И правда красиво, – с радостным восторгом подхватил Макс.

– Девочки, мальчики, поосторожнее, – ревниво забеспокоился Рэнд.

– В кого хотим, в того и влюбляемся, – сердито фыркнула Элька. – В вампиров нельзя, в привидений тоже, так что, теперь и оборотни под запретом? Нет предела расовой дискриминации! Еще один блюститель нравственности нашелся, Гала мне мало!

Мири и Макс с готовностью захихикали. Слушая шутливую перебранку компании у зеркала, сердито засопел Эсгал: опять эта маленькая насмешница выставляла его глупцом.