Час «Д»

– В чем? – безнадежно переспросил Дрэй, но в радужных глазах его мелькнул слабый отсвет надежды.

– Вы не лисы и волки, вы бабочки, а они гусеницы, которым еще только предстоит познать радость полета и яркость крыл, – поэтично ответил маг, что-то сегодня Лукаса сильно тянуло на метафоры, не иначе сказалось прослушивание священных гимнов на Совете.

– Кельмитор, – припечатал Гал, осушив свой бокал до дна и вернув его на стол.

– Народ оборотней, – продолжил Лукас, недовольный вмешательством воина в его возвышенную речь.

– Мы все оборотни, как странно, – задумчиво повторил изумленный, но безоговорочно поверивший в правдивость сказанного Дрэй и тут же принялся рассуждать: – Но если это так, то с каждым днем все больше и больше людей будут обнаруживать свою истинную суть, я не смогу спрятать всех.

– Ясно одно, сидеть и ждать такого конца нельзя, – хмыкнул Гал.

– Если бы был способ заставить всех людей, даже жрецов, поверить в то, что дар оборотничества – это их суть, а не божья кара Доримана, – задумчиво предположил Дрэй. – Но это почти невозможно, они никогда не примут знание, идущее вразрез с доктриной церкви.

– Да, вам нужна не демонстрация силы, а сила демонстрации, – процитировала Элька мудрую фразу из любимого фильма.

– Неужели не сохранилось никаких записей, рисунков, преданий о тех временах, когда вы были драконами? – задался вопросом Лукас, бросив многозначительный взгляд на книжный шкаф.

– Думаете, я не искал? – горько спросил Дрэй, взъерошив волосы. – Даже не зная, что вскоре сам стану драконом, когда только пришли первые вести о проклятых, я просмотрел все книги королевской библиотеки, побывал тайком даже в храмовом собрании Дорима, переодевшись жрецом.

– Он вам помог? – удивился Лукас, припоминая беспомощного, трусоватого толстяка, которого своим приказом злодей Авандус посадил на строгую диету.

– Да, мы с ним прежде поддерживали хорошие отношения: частенько встречались, беседовали о Доримане, да и просто о жизни.