Часодеи. Часовое сердце

Он не прекратился и ночью, наоборот — усилился. Где-то далеко-далеко громыхало со страшной силой, иногда небо освещалось могучей ветвистой молнией; через распахнутое окно в комнату то и дело врывался ветер, творя в разбросанных повсюду вещах еще больший беспорядок.

В домике номер 22 еще не спали.

Заложив руки за голову, Ник лежал на кровати."

"— Из-за такого ливня могут Игру отменить, — глубокомысленно заметил он. — В лесу грязно будет. Как думаешь?

Несмотря на непогоду, Фэш сидел на подоконнике, поджав ноги.

— Тебя волнует эта Игра? Наши дела куда важнее.

Ник сел в кровати и порывисто произнес:

— Тогда давай просто заберем карту у вожатого. Сейчас!

Фэш окинул его снисходительным взглядом.

— Я тоже думал над этим. Но это нечестно. Да и представь, какой случится в лагере переполох! Зачем нам лишний шум? Астариус и твой отец точно не одобрят.

— Нечестно?! — Ник покосился на друга с недоумением. — Наша планета может погибнуть!

— Все будет хорошо, — рассеянно произнес Фэш, явно продолжая размышлять о чем-то своем.

Ник согласно покивал.

— Не могу понять, почему Василиса все забыла? — сказал он, чуть погодя. — Как думаешь, может, она узнала нечто важное, когда путешествовала в прошлом, и просто не хочет нам говорить?

Поморщившись, будто съел что-то гадкое, Фэш рассерженно мотнул головой:

— Не мели ерунды! Все с ней в порядке.

Ник явно хотел возразить, но, видя, что Фэш не расположен разговаривать, залез под одеяло.

— Ладно, завтра разберемся, — пробормотал мальчик, закрывая глаза. — Надо выспаться…

Фэш остался сидеть на подоконнике в той же позе: сцепив руки под подбородком, он смотрел на опустевшую из-за дождя и позднего времени дорожку, едва освещаемую тусклым светом фонарей.

Вернулись соседи — двое футболистов. Мокрые с ног до головы, они долго и шумно возились, перебирая вещи и обсуждая лагерные дела, но вскоре улеглись спать и затихли.

А дождь все лил и лил… Внезапно громыхнуло с особой силой — где-то близко, у леса. Фэш с тревогой посмотрел на Ника, но тот крепко спал. Еще минуту мальчишка сидел, не шелохнувшись, чутко прислушиваясь к дыханию друга.