Хрустальная невеста

В каждой нотке чудовищного шёпота мерещились крики погибших фэйри. Голос повелителя Охотников словно был соткан из эха чужих смертей.

– Наконец ты моя… – тихий смех раздался совсем близко, оплетая нас могильным саваном.

Теперь я чётко слышала в нём пугающее, штормовое многоголосье. Оно шелестело и жужжало, будто встревоженный змеиный клубок или рой смертоносных пчёл.

Женские голоса… Высокие и нежные, чувственные, мелодичные и слишком тонкие. Они звучали разом, сливаясь с чарующей мужской хрипотцой, утробным драконьим рычанием и звонким детским смехом…

Я слышала КАЖДУЮ жертву твари.

– Моя королева, – голос повелителя скользнул по коже ледяными щупальцами, смыкаясь на горле и лишая возможности дышать.

Охотник чувствовал страх и мелодичный перезвон наших хрустальных крыльев. Он путеводной звездой указывал ему дорогу, подталкивая нас с Мари всё ближе к краю пропасти, но вырваться из ловушки не получалось.

Повелитель был слишком силён и пока лишь играл с нами. Наслаждался агонией и упивался беспомощностью жертв, с каждой секундой подбираясь всё ближе и затягивая в свою паутину.

Я словно в трансе смотрела, как вокруг чернильной дымкой растекаются гнилые туманы Пустоши. Ещё немного и ловушка захлопнется.

Нужно бежать, бороться, звать на помощь, но чужая магия парализовала, не позволяя даже пошевелить губами или… активировать кольцо?

Последняя мысль вспыхнула спасительным огоньком, только вместо перстня Тайши отчего-то вспомнилось колечко с эльезами.

Достаточно мысленного приказа…

Одно слово, одно желание и хрустальные лилии предстали перед глазами как наяву, а могильное эхо чужих голосов сменилось пронзительным криком.

Вспышка!

Чернильное марево утонуло в ослепительном белом сиянии. Священные цветы пробили пелену Тьмы, подарив нам шанс выбраться из смертельной ловушки!

Еле успела зажмуриться, но в последний миг всё же заметила напротив долговязую тень.

– Рца-а-а-а! – повелитель взвыл от боли, теряя контроль над своей паутиной.

Воспользовавшись его замешательством, я вслепую выстрелила из перстня, и когда артефакт с противным чавканьем вошёл в тело монстра, со всей силы ударила хрустальной магией."

"– Умри! – взвыла, вкладывая в магическую стрелу всю ненависть, боль и отчаяние.