Бывшие. Хочу тебя себе (СИ)

Вернулась, а его нет!

- Как давно вы его видели в последний раз? – Демид берёт у меня из дрожащих рук трубку.

- Минут пять назад, не больше! Господи, дура старая! Что ж теперь делать?! Его нигде нет!

- Продолжайте искать. Мы скоро будем.

Он возвращает трубку мне, а я не знаю, что сказать. Я в ужасе, так страшно мне ещё никогда не было!

- Ты слышала Демида, мам. Мы скоро…

Кладу трубку и вижу, как загорается экран его смартфона, что лежит на столике.

Он бросает на него короткий взгляд, затем переводи глаза на меня и поднимает телефон, так чтобы я прочла имя абонента.

Алиса Рогова.

- Слушаю, - Демид берёт трубку, а я уже всё поняла.

- Пап? – раздаётся голос Кирилла. – Пап, ты меня слышишь?

- Слышу, сынок. Ты в порядке?

- Я - да, а как вы с мамой? Мне твоя подруга - тётя Алиса сказала, что вы попали в аварию. Мы уже едем к вам в больницу.

Закрываю глаза ладонью, всё ещё не веря в то, что происходит. Сердце болезненно мечется в груди. Что с моим сыном? Судя по рассказу Демида об этой Алисе, она одержима им.

Господи, зачем ей он? Мысли в голову лезут самые страшные. Вдруг она что-то с ним сделает? Я же не переживу."

"- Мы с твоей мамой в порядке. Дай телефон Алисе.

Надо отдать Демиду должное, он разговаривает с сыном спокойно. Я бы так не смогла, меня всю трясёт. Едва сдерживаю порыв вырвать у него телефон и наорать на больную. Если с головы Кирилла упадёт хоть один волосок, я убью её голыми руками.

- Демид! – радостно растягивает знакомый женский голос.

- Где ты?

- Разве ты не слышал? Мы едем в больницу, проведать тебя и, как её там, Нэлли, кажется?

- Алиса, - Демид звереет, его тон пугает даже меня. – Где вы? Я заберу Кирилла.

- Что-то со связью, прости, я не могу толком расслышать, что ты там говоришь. Кирюша просит передать, что он очень-очень тебя любит. Пока!

Я упираюсь руками в спинку стула и раскачиваюсь вперёд-назад. Больше всего на свете я хочу, чтобы это был плохой сон.

Пожалуйста, боже. Пусть это будет сон…

- Нам пора, - Демид берёт меня за руку и тянет за собой прочь из ресторана.

Я реву, давлюсь слезами. Еле поспеваю за ним. Такой адской беспомощности я не чувствовала ещё никогда.

Адаров делает сразу несколько звонков, попутно уверяя меня, что всё будет хорошо. Кажется, он звонил прокурору, и ещё какой-то местной шишке. Уже в машине на громкой связи он продолжает с ними говорить.