ЗАЙТИ И ВЫЙТИ

– Но давайте, коллега, согласимся, что это немного не тот заработок, о котором можно мечтать!

В кошмаре происходящих событий медик был неотразим в своём блистательном юморе.

Откуда-то со стороны позвали на помощь, и Данил, как появился, так же стремительно исчез. За окном разгорался тяжёлый бой. Противотанковый расчёт первого батальона, работая с крыши школы, наконец-то смог поджечь вначале один, а затем второй танк, но украинский дрон с гранатами удачно выполнил сброс и расчёт ракетчиков погиб.

Пока Женя Гусев восстанавливал боеспособность противотанкового взвода, одному вражескому Т-64 удалось прорваться на окраину села, где он оказался на прямой видимости дома, в котором сидела группа Ларина.

"Наводимые аэроразведкой, вражеские танкисты, пренебрегая другими целями, стали методично расстреливать «снайперский» дом. Не в силах помочь своим подчинённым, укоряя себя за принятое решение оставить их там, а потом ещё и за усиление другими бойцами, Юра в каком-то оцепенении наблюдал, как танк «разбирает» дом «по кирпичикам».

- Убейте же его, кто-нибудь! – крикнул он в порыве отчаяния.

Выстрелив по дому шесть раз, танк вышел из боя и на большой скорости уехал через поле за коровник и далее скрылся среди строений Петровки.

Сколько Юра не вызывал Лёню, рация в ответ молчала. Ладин и Федосов, у которых были «баофенги», на связь тоже не выходили.

- Надо идти, Макс, - Трофимов посмотрел на своего старшину взглядом, полным безысходности. – Надо идти… спасать пацанов…

Вокруг грохотал бой, но Юру зациклило на мысли о необходимости немедленного оказания помощи раненым, находящимся в доме.

Дима Мосин ходил с рюкзаком, в котором находилась «групповая аптечка», с количеством препаратов, достаточным для оказания помощи пяти-шести тяжелораненым – если бы Данил знал о содержании этого рюкзака, он бы сейчас уже забрал его, так как поток раненых нарастал, а возможности эвакуировать их в тыл не было никакой.

Однако, в этот момент по селу прилетел пакет «Града», и всё желание куда-то выходить из-за крепких стен школы мгновенно улетучилось.

Трофимов выбрал себе угол в одном из кабинетов школы и, подстелив каремат, сел, привалившись спиной к стене.