Бывшие, или У любви другие планы

— Тебе доставляет удовольствие издеваться надо мной, да? Если ты столько времени знал о… — я запнулась и заставила себя закончить, — о нашем браке, то почему не сообщил? Ведь мы оба были уверены, что его не было, что жрец в той деревеньке всё отменил.

— Как видишь, мы ошиблись.

— Зачем ты издеваешься надо мной? Этот подаренный жасмин и записка? Зачем ты так?

Скрыть боль в голосе не получилось. Но мне было всё равно. Я открывалась и ждала этого от него. Но вновь не дождалась.

— Неужели тебе не понравился мой подарок? — тёмная бровь удивленно приподнялась, и он вновь ушел от ответа.

— У тебя нет сердца!

Сказала и едва не отшатнулась назад к двери, увидев, как резко поменялся взгляд Архольда. И не только взгляд, он весь. Пару секунд назад мужчина стоял, едва обращая на меня внимание и просматривал документы, будто там решался вопрос всего мира. А тут всего лишь одна моя фраза и герцог подобрался всем телом, напрягся, и взгляд чёрных глаз стал таким страшным и тёмным, как сама ночь.

Заигралась, забыла, кто передо мной.

— Селина, выбирай выражения, — чётко, чуть ли не по слогам произнёс герцог, медленно опуская руки и кидая бумаги на столик.

Они с тихим шелестом спикировали вниз и застыли.

— Надо же, — усмехнулась я и медленно двинулась через гостиную к камину. — Ты назвал моё имя, не дурацкую кличку, которую придумал, чтобы бесить и доставать несчастную студентку из Ванагории, а настоящее имя.

Его злость и выпад вместо того, чтобы навести страх и ужас, неожиданно произвели прямо противоположный эффект. Вернулась уверенность в собственной силе и спокойствие.

Огонь в камине горел ярко и призывно, обещая тепло замерзшим ногам. Подойдя прямо к нему, я коснулась одного из розовощёких фарфоровых младенцев на полочке.

«Спокойно, Селина, Корвил не знает тебя. Прошло четыре года. Не только он возмужал и изменился».

— Как твой жених отнёсся к тому, что ты закрутила роман с герцогом из соседней враждебной страны?

— Мы больше не враждуем, — не отрывая взгляд от статуэток, ответила ему.

Тут были не только младенцы, но и хорошенькие куколки-пастушки в пышных коротких платьях и золотистыми кудряшками на голове."

"— Четыре года назад отношения между нашими странами были более чем натянутыми.

Теперь пришла моя очередь играть. Но, даже отвернувшись от него, я чувствовала спиной злой обжигающий взгляд.