Бухгалтер

С ней Василий поздоровался изысканным полупоклоном с привставанием со стула. Учтивость всем нравится и дама мило улыбнулась.

«Почему все красивые такие ехидные, — подумал он, снова уткнувшись в меню, — а очень красивые — очень ехидные? Не должна красота быть такой. Или это как колючки на розе»?

Тем временем официанты приняли заказы и начали разносить еду. Василий снова вспомнил Береговую — заметил, как непривычно и трудно некоторым пользоваться вилкой в левой, а ножом в правой руке. Ему хоть бы что. К тому же он выгодно отличался тем, что пришел в элегантно порванных голубых джинсах от какого-то итальянца с немецкой фамилией и футболке, порванной уже собственноручно.

«Вернусь — Тамаре сережки с бриллиантами подарю, — решил Барабанщиков, — необыкновенная женщина, настоящая аристократка». После завтрака многие мужчины достали сигары. Сразу взвыли мощные вытяжные насосы под потолком, дабы некурящие не испытывали дискомфорта, а любители отравы не сильно воняли. Василий сразу поднялся из-за стола, давая понять окружающим, что с такой мускулатурой, как у него, не пристало заниматься забавой простолюдинов — курением.

На палубе половодье солнца. Свет изливается с немыслимой высоты и в мире осталось только три цвета: небесно-голубой, солнечный бело-желтый и морская лазурь. В таком мире не может быть горя, крови и слез, только ничем не замутненное счастье и радость. Василий сбросил широкое белое полотенце на шезлонг и прыгнул в воду бассейна. Утренняя, еще не разогретая солнцем, прозрачная, как голубой хрусталь, вода обняла сильное тело и разом исчезли скованность, вялость.

Появилось желание жить, радоваться. Наплававшись вдоволь в пустом бассейне, рывком выбросил себя из воды на бортик. Руки едва не сорвались со скользкого кафеля, невольно пришлось напрячь мышцы, чтобы не свалиться обратно. Убирая мокрые волосы с лица, почувствовал пристальный взгляд. Обернулся, заметил ускользающий взгляд темноволосой девушки. Она расположилась неподалеку с белокурым мальчиком. Василию не захотелось играть в переглядки, ну вот не было настроения и все! Улегся на топчан, прикрыл глаза рукой от солнца. "

"Через две минуты ощутимо припекло, перевернулся. Снова вспомнилась саванна, сухая земля с высохшей травой и далекие горы, дрожащие в раскаленном мареве. Плечи ощутили режущую боль от лямок заплечного мешка, соленый пот залил глаза … дернулся, открыл глаза: «Заснул, как старый дед на солнышке. Не хватало еще замычать во сне, что бы все подумали, будто я припадочный какой».