Бухгалтер

Так же медленно поворачивает нож лезвием к себе, показывая, что все хорошо, так нож не метнешь … Хлопок и пуля навылет пробивает грудь болвана, уверенного, что он хозяин положения. Велетнев облегченно вздохнул, одобрительно показал большой палец. Собрали оружие, побежали дальше.

— Черт, нас вычислили, — раздраженно бросил Михаил на ходу, — кого-то не добили. Очень плохо.

— Добьем позже, — беспечно ответил Василий.

— Это само собой, — согласился Велетнев, — но лучше сразу. Зрители в нашем деле становятся или свидетелями, или мстителями.

Оба понимали, что надо менять маршрут — их вычислили и где-то ждут. Но как, если карты нет, а в памяти все мелочи не удержишь? Оставалось идти вперед, утроив бдительность и не мечтать на ходу, что ты уже ушел от всех, как колобок. Как раз не ушел! Круто свернули на юг, показался край леса и саванны.

— Ну что, Василий, бежим?

— Бежим, — согласился Барабанщиков.

Сбросили все лишнее, оставили только оружие. Жрать и спать — дело свинячье, поэтому решили бежать, покуда есть силы, отдыхать в прыжках.

Деревья летят мимо, холмы проплывают медленно, будто кто-то тянет их за веревку, а они упираются, как быки и неохотно поддаются. Бегут ровно, без остановок и казалось, что бежать будут вечно. Впереди открывается широкая плоская равнина. Точно посредине пролегла дорога. Пустая, если не считать двух грузовиков и открытого джипа. Машины мирно пылят на второй передаче, наверно, крестьяне скот везут на продажу. Догнали машины, некоторое время бежали параллельно, потом перегнали. Василий несколько раз оглянулся — что-то странное было в этих грузовиках. Вдруг как обухом по голове — это же военная колонна! В грузовиках солдаты, впереди командир в джипе.

— Мишка! — крикнул Барабанщиков, — в машинах …

— Не ори, вижу, — сквозь зубы ответил Велетнев. — Они сейчас на поворот уйдут. Поддадим и через дорогу в кусты. Давай!"

"Василий поддал так, что стук собственных копыт начал отдаваться в голове. Через минуту петляющие машины остаются за спиной. Дорогу перемахнули одним прыжком, как лоси в гон и помчались дальше, не разбирая дороги, перепрыгивая ямы, кусты и камни.

Когда сердце стало вышибать ребра и пульс застучал со скоростью швейной машинки, сбавили темп. Оглянулись. Проклятые машины прут за ними по бездорожью! Первым мчится уазик, прыгая на кочках, как козел и вихляясь из стороны в сторону. Молча сворачивают к большой куче камней, срывая на ходу автоматы. Перемахнули россыпь, остановились. Впереди простирается до горизонта равнина.