Любовь против (не)любви

В чём же разница? В том, что Роба она так не любила и так за него не беспокоилась?

Жиль вернулся и не понял, откуда упрёки и недовольство. Она сама понимала, что говорит какую-то ерунду, которой он никак не заслужил, но — ничего не могла с собой поделать. Он пробовал утешать и говорить ласково, как привык, но — это были какие-то не те слова, которые она хотела бы от него услышать. Она так переживала! За него! А он! Как ни в чём не бывало!

Поначалу он пробовал успокоить, потом — разобраться, в чём дело, но она и объяснить-то толком не могла, в чём дело, а «я переживала» делом не считалось вот никак.

Наверное, в тот вечер она вела себя особенно гадко, а он был слишком уставшим, чтобы вникать в то, что ей вообще от него надо. Он просто взял с сундука плащ и шляпу и провалился в тени. И не сказал ничего — ни куда пошёл, ни когда вернётся.

Утром его не было, а на вызов по зеркалу он не отвечал. Она же проплакала ночь — уже поняв, что вытворила что-то не то — и продолжала утром. Грейс сидела подле неё и выговаривала — вот, миледи, разве ж так можно, и как же теперь господин Жиль вернётся?

А Катерина понимала, что была права, когда сказала ему — это она на самом деле страшная. Его сила — она справедливая. Он не убил ни одного человека от неуверенности в своих силах. Или — его кто-то научил этого не делать.

В дверь заколотили. Грейс открыла и что-то спросила, а оттуда, о боже, оттуда говорил даже не Виаль, а господин Лионель! Ох, точно, сегодня же среда, сегодня же она должна была пойти к нему на занятие! Сколько же сейчас времени?

Грейс мрачно сообщила, что времени — почти полдень, и там пришёл господин Лионель, который желает знать — не случилось ли чего, раз она и на занятие не явилась, и по зеркалу не отвечает, и господин Жиль тоже не отвечает, и никто не знает, где он есть.

— Как так никто не знает? — подскочила Катерина.

— Вот так, — пожала плечами Грейс. — Господин кардинал ждёт вас в гостиной, сами спросите.

Пришлось одеться, умыться ледяной водой и спуститься в гостиную. Господин Лионель поднялся, увидев её, поклонился и поинтересовался:

— Что же случилось, госпожа Катрин?

— Не знаю, — шевельнула она болевшей после бессонной ночи головой.