Бросок из западни

Салимов, оставшийся на шлюпке, держал руку на руле, готовый в любой момент спрыгнуть в воду, развернуть шлюпку и гнать ее в море подальше от берега.

Но вот последовал знак Буторина. Парамонов и Коган двинулись вперед к камням, а Буторин и Хейли поднялись и поспешили к зарослям. Через пять минут Буторин подал знак вытаскивать шлюпку на берег. Теперь все как всегда. Метеорологи охраняют место высадки, спрятавшись в камнях и держа оружие наготове каждый в своем секторе стрельбы. Остальные двинулись к джунглям. Не скоро удалось найти место, которое позволило углубиться в лес.

– Надо подняться вон туда и осмотреться, – предложил Парамонов, указав на невысокий холм. – Мне кажется, с него будут видны оба берега. И наш, и противоположный. Я поднимусь?

– Нам не стоит разделяться, – покачал Буторин головой. – Заросли, опасность может появиться откуда угодно. Держимся все вместе. Пошли!

И группа потянулась вверх по холму между деревьями, двигаясь змейкой. Рыхлый грунт, обилие плетущихся растений – все это не способствовало быстрой ходьбе.

– Смотрите! – быстро заговорил он, тыкая рукой в сторону северного берега.

– Черт, да это же катер! – удивился Парамонов, глядя на прибрежные воды поверх головы Когана.

Судно было плохо видно из-за маскировочной сетки, наброшенной сверху, и из-за тонких стволов деревьев и наломанного кустарника, которые моряки прислонили к катеру по бокам. Среди камней, где стояло судно, волнения не было совсем. Видно было, что по камням на берег и назад ходят японцы. Парамонов оторвался от бинокля и повернул голову к Буторину:

– Это торпедный катер.

Глава 4

– Мы здесь не пройдем, – покачал Сосновский головой. – Непролазные джунгли! Давай лучше справа по камням. Там вроде осыпи я не видел. Если осторожно двигаться, то неопасно, зато крюк не будем делать.

– Правильно, Миша, – неожиданно согласился Шелестов. – Ты иди по краю, по скале, а я через джунгли. Уж очень мне любопытно, почему там резко птицы взлетели с деревьев. Так не бывает в природе.