«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

– А ты не подставляйся!

Капитан Бакулин, сидевший вместе с другими комбатами, тоже хотел высказать свое мнение. Но понимал, что после суетливых, не слишком умелых действий на плацдарме любые его слова воспримут скептически, с насмешкой. Чурюмов, Карелин, даже новичок Гладков говорят откровенно, что думают, и командир полка Тюльков внимательно выслушивает их.

Даже не слишком везучего Василия Гладкова, чью самоходку снова подбили и уцелели всего два человека из экипажа. Но все они имели авторитет. Василий Гладков до последнего вел огонь, оставаясь в подбитой самоходке, и стал как бы на равных с заслуженными комбатами Чурюмовым и Карелиным.

– Тоже грустишь, Юрий Акимович? – перехватил его взгляд Тюльков.

– Почему? Настроение нормальное, – встал Бакулин. – Фрицев бьем и бить будем.

Прозвучало несколько наигранно, излишне бодро. Чурюмов фыркнул:

– Бьем… особенно ты. В резерве!

– Никакого резерва не будет, – заявил Тюльков. – В полку всего четырнадцать машин. В бой пойдут все. А подковырки твои, Захар, сейчас вроде бы и ни к чему.

– Да я ничего, – кривил губы в усмешке Чурюмов. – Такие образованные комбаты в бою не лишние… если руководить не рвутся.

Бакулин понял, что его бездумную активность в начале наступления и желание показать свое «я» сослуживцы простят не скоро.

События развивались гораздо быстрее, чем ожидал Карелин. Командир десантной роты Александр Бобич получил пополнение, десятка два бойцов, и распределял десант по машинам.

– Размещай, – зевая, соглашался Карелин. – Только дай немного поспать, глаза слипаются.

Однако расчет «Дегтярева» потеснил Федора Слободу.

– Вы мне снаряды подавать помешаете, – заявил заряжающий. – В рубке и так тесно.

– Снаружи «дегтярь» не пристроишь, – доказывал сержант-пулеметчик. – Упора для стрельбы нет."

"– А ты кто такой, чтобы распоряжаться? – затеял свару Слобода.

Его поддержал наводчик Никита Федосеев, но вмешался механик Алесь Хижняк и заявил, что пулемет в рубке дело нужное. Можно и потесниться.

– Забыли, как Генку Рыбянченко в траншее фрицы окружили и минами машину подорвали. А был бы пулемет – отбились.

– Ему пару магнитных мин прилепили, не меньше.