«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

Пока силы равны, но если «штуги» сумеют уйти хотя бы на полторы сотни метров, то получат превосходство благодаря лучшей прицельности и мощности своих снарядов.

– Зиновий? – позвал товарища по рации Зацепин.

– Нормально. Фриц промазал, – коротко отозвался Жердев.

Продолжать переговоры по рации было рискованно. Зацепин ограничился такой же короткой командой:

– Оглядись.

Оба понимали, что долго выжидать, когда на дамбе идет бой, они не имеют права. И рискнуть придется Александру Зацепину как более опытному самоходчику и заместителю командира батареи.

Кроме пулеметчика, который был убит наповал, в командирском «хетцере» пострадал обер-лейтенант, старший группы. Брызги окалины ударили в его круглую металлическую каску, оставив небольшие вмятины. Но два раскаленных кусочка угодили в лицо, доставляя сильную боль.

Неполный экипаж и эти раны! Надо что-то предпринимать. Но Зацепин, опережая обер-лейтенанта, уже взял инициативу в свои руки.

Шесть человек во главе с сержантом, стреляя на ходу и выпуская ракеты, перешли вброд речку. Дальше двигаться не рисковали. Сержант, прячась за ивой, поднялся в рост и увидел оба «хетцера».

– Далеко фрицы? – спросили его.

– Метров сто с лишним.

– Стояли бы поближе, можно было бы гранатами, – сказал молодой десантник.

– Брось ерунду молоть, Аника-воин! – Сержант выпустил две ракеты в сторону «хетцеров».

Зацепин вызвал по рации Зиновия Жердева:

– Ракеты видел?

– Ну!

– Зажигательные снаряды есть?

– Всего три штуки.

– Выпускай все три в этом направлении.

У Зацепина оставались два фосфорных заряда. Стреляя наугад, вряд ли они угодят в цель, но должны сдвинуть «штуги» с места. Пять снарядов обрушились в ложбину, где прятались «хетцеры».

"Но кое-где вспыхнул кустарник. Шипя и брызгая зелеными огоньками, горели фосфор, кусты, заполняя ложбину едким дымом. Все шестеро десантников, крича, посылали автоматные очереди. Кто-то швырнул одну, следом вторую гранату.

Обе «штуги» уходили задним ходом. Самоходки выстрелили одновременно. Лейтенант Зацепин, один из лучших стрелков в полку, вложил болванку в лоб отступавшему «хетцеру».