«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

А она жмется – чем я вас завтра кормить буду? Не переживай, что-нибудь найдем. На следующий день пошел на рынок. Чего только не продают. Головы бараньи, копыта, пирожки, хрен поймешь с какой начинкой. Если что получше, цены такие – не подступишься.

– Чего купил-то? – поинтересовался Федя Жердев.

– Чего покупать? Половину денег с дури пропил, пока добирался. В вагоне компания заводная попалась. А за оставшиеся восемьсот рублей уступили мне килограмм ржаной муки и пару сладких петушков для сынишки. Тогда я часы наручные отстегнул.

– Рисковал, Тимофей, – покачал головой Карелин. – Мог под суд попасть.

– Знаю. Но за пистолет он мне ведро картошки принес, судака сушеного и бутылку спирта.

– Парень тот бандит, что ли? Зачем ему пистолет?

– Не похож. Простой парень в путейской куртке. Загорелся, очень уж ему «вальтер» понравился. Шпаны полно, для защиты, мол.

– Ну а бабу нашел? Хоть понюхать, чем пахнет? – засмеялся Федор.

– С соседкой-вдовой спал. Она мне предлагала – давай сойдемся. У тебя сынишка, у меня две девчонки, тоже отец нужен. Я ей отвечаю: «Люда, как я тебе обещать могу? Меня четыре раза ранили, а через три дня снова на фронт возвращаться.

Самоходно-артиллерийский полк подполковника Тюлькова двигался вдоль автомагистрали Москва – Минск. Впереди шел танковый полк, севернее конно-механизированная группа генерала Осликовского.

– Эй, на лошадях! – помахал им рукой сержант Федосеев. – Далеко собрались?

Боец в кубанке окинул взглядом самоходку и сплюнул:

– На лошадях в твоем колхозе навоз возят, а у нас боевые кони.

– Что ж ты без сабли? Чем фашистов рубить будешь?

– А чего в твоем танке зад голый? – отпарировал, видать по всему, бывалый конник с двумя медалями на груди.

– Это чтобы легко выскакивать, – засмеялся щербатый казак.

Позубоскалив, угостили друг друга табачком. Федосеев допытывался:

– Вы что, в конном строю в атаку ходите?

Ему снисходительно ответили, что на пулеметы только дураки прут. А конники наносят неожиданные удары с флангов и тыла. И в бой вступают пешком, чтобы коней не губить.