«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

Командир полка Орлов раздавал команды, смысл которых сводился к охрипшим крикам: «Вперед! Любой ценой вперед!»

Когда ему доложили о двух закопанных в засаде немецких «пантерах» (разведчики ошиблись, «пантера» была одна), полковник оживился:

– Долбаные кошки! Думают, они хозяева на поле боя. Соедините с гаубичным дивизионом.

Но гаубицы выпустили положенное количество снарядов, о чем хмуро доложил командир дивизиона.

– Найдете! Приказываю уничтожить «пантеры». Они срывают наступление.

У командира дивизиона оставались в запасе по три снаряда на орудие, на случай прорыва немецких танков.

– Нет снарядов, – повторил артиллерист. – Звоните начальству. Пусть пришлют.

– Долдон хренов, – выругался полковник. – Снарядов у него нет. Врет! Сейчас пошлю кого-нибудь проверить.

В этот момент адъютант отвлек внимание Орлова.

– Товарищ полковник, первый батальон вместе с самоходами прорвались к доту.

– «Пантеры» можно накрыть тяжелыми минометами, – высказал свое мнение начальник штаба. – Мина шестнадцать килограммов весит. Не пробьет броню, так оглушит экипажи.

Однако полковник в ответ на дельное предложение грамотного начштаба лишь засопел. По его приказу все шесть 120-миллиметровых минометов полковой батареи полностью израсходовали боезапас.

Пускать на «пантеры» оставшиеся два танка Орлов не рискнул. Обозленные потерями танкисты смотрели на горящие машины и костерили «умное начальство».

– Хватит отлеживаться! А ты, лейтенант, – обратился он к командиру взвода «сорокапяток», – ударь сразу из трех своих пушек.

– Не возьмем мы их броню, – виновато возразил лейтенант.

– Закидай снарядами, расшевели. А там гранатометчики поближе подползут и бутылками с горючкой их сожгут.

– У каждой «пантеры» по два пулемета. Не подпустят они никого к себе.

Полковник внимательно и недобро оглядел лейтенанта. Не слишком молодой, лет двадцати восьми. На аккуратно заштопанной гимнастерке медаль «За боевые заслуги» и нашивка за тяжелое ранение."

"– Тебе по годам батареей командовать и в «капитанах» ходить, а ты все «ванькой-взводным» числишься. Если боишься, я лично с тобой пойду.

– Не Ванькой меня зовут, а Егором, – вызывающе ответил лейтенант.