«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

– Кто и что перед нами? – спросил подполковник Бакулина.

– Два уцелевших «хетцера», остаток взвода охранения. Наверняка фрицы подбросили подмогу.

– В каком количестве?

– Ну, пехоты немного, возможно, противотанковые пушки.

– Юрий Акимович, ты хоть разведку провел?

– Провел, но людей мало. Самоходки в порядок приводили, маскировали.

Вмешался пехотный комбат Клычко, который тоже присутствовал на совещании. Говорил он короткими рублеными фразами:

– Я послал две группы по пять человек. Высмотрели две «штуги», три полевые пушки, бронетранспортер.

– И все?

– Думаю, в глубине еще какие-то силы есть. Ребята не смогли далеко проникнуть, обстреляли их. Один разведчик погиб, двоих подранили. Примерный план немецких позиций командир разведки накидал. Вот, гляньте, товарищ подполковник.

– Как думаешь, – спросил Тюльков, рассматривая план, – сумеем мы еще хотя бы на полкилометра продвинуться?

Клычко утвердительно кивнул.

– Думаю, сможем.

– Нам как раз этого расстояния не хватает, чтобы переправу от прямого огня защитить. Но место здесь лесистое, самоходки следом за пехотой пойдут. Поддержат огнем. Иначе сожгут обе батареи из реактивных ружей, если машины вперед сунутся.

Майор покрутил головой, засмеялся.

– Чужими руками жар загрести хотите.

– Другого выхода нет. Останемся на этой открытой полосе – фрицы нас до вечера прикончат. Три полевых орудия у них имеются плюс «хетцеры».

Пехотный комбат и сам понимал ситуацию. Спорить и рассуждать, кому идти впереди, только время терять. Легкие самоходки и созданы для того, чтобы пехоту огнем поддерживать. С их броней напролом идти – верная гибель.

Надо бросать батальон в бой, захватить лесной участок и продержаться до ночи.

Атака прошла относительно успешно. Командиры рот свое дело знали и перебежками отвоевывали участок за участком. Самоходки шли следом, подавляя снарядами огневые точки.

Без потерь не обошлось. Погибли человек двенадцать, но спешно укрепляемую немецкую оборону проломили.