«Братская могила экипажа». Самоходки в операции «Багратион»

Павел только сейчас вспомнил, что не знает, куда делся второй номер шустрого пулеметчика.

– Так убили его. Еще вчера, – пристраивая «Дегтярев» на бруствере, грустно ответил Гриша. – Осколком в голову. Я еще вас просил задержаться, чтобы похоронить земляка. А вы спешили, товарищ старший лейтенант. Отказали мне. Вот…

– Стрелять не вздумай, – перебил его Карелин. – Минами засыпят, а у нашего «фердинанда» крыша брезентовая.

– Нет, это я так, на всякий случай.

Машины Сани Зацепина и Зиновия Жердева, прячась за издырявленными вагонами, вели огонь по платформам, превращенным в укрепление.

В их сторону вел огонь из укрытия немецкий танк «Т-4» и сыпались мины. «Тридцатьчетверки», потеряв еще одну машину, отошли и посылали снаряды из-за насыпи. Пригибаясь, добежали до воронки капитан Бобич с ординарцем и человек двенадцать десантников.

– Тюльков к вам на подмогу направил, – с трудом отдышавшись от быстрого бега, сказал командир роты. – Тяжко тут?

– Пока живы. Лишь бы мины швырять не начали. Зацепин с Жердевым на себя огонь отвлекают.

– А чем так пахнет? – понюхал воздух бывший студент Саша Бобич.

– Глаза разуй! Вон ребята на шпалах горят.

– Извини, – закашлялся капитан. – Контузило миной, в башке гудит. И дыма от взрывчатки наглотался.

Карелин понимал, что немцы не потерпят присутствия менее чем в трехстах метрах трех русских самоходок и группы десантников. Среди вывороченных рельсов и разбитых вагонов скапливалась пехота. В любой момент можно было ожидать продолжения атаки.

– Алесь, сумеем выползти из воронки? – спросил старший лейтенант механика-водителя.

– Сумеем. Только куда выползать? Нас в момент сожгут. Глянь, что творится.

Немцы, не жалея снарядов, долбили вагон, за которым укрылись самоходки Зацепина и Жердева.

Мины поднимали фонтаны щебня и земли между машинами. Достаточно одного попадания 80-миллиметровой мины в открытую рубку, чтобы накрыть командира, наводчика и заряжающего.