Брат жениха. Цена измены

И тут- опять наваждение. Опять она. Чертово совпадение. Эта встреча долбанная в клубе. И после этого скажи, что нас судьба не сводит. Или лукавый.

Как она сладко ревновала. Как провоцировала. Я хотел кончить лишь от этого. Триумф настоящего победителя. Смотрел на братика- а сам в душе торжествовал. Она не твоя, малыш. Она моя. Пусть пока отчаянно противится этой мысли.

Когда привязывал ее к своей кровати, когда лизал, дурея от ее запаха и вкуса, когда входил- стискивая зубы, чтобы сдержать свой гнев и жажду и сделать ей как можно менее больно после вчерашних скачек, решил для себя, что не отпущу.

После ее первого оргазма от моих губ я вошел в нее, обездвиженную, беспомощную. Дико сексуальную. Я заключал в свои большие лапища ее миниатюрную высокую грудь, мял ее бесцеремонно, слизывал с гладкого живота капельки пота, а она дрожала и стонала в кляп. Пиздец. А я думал, что острее не бывает.

Старался быть осторожным. Но мне было мало. Хотел большего с ней. Большего. Я руками рванул веревки на ее лодыжках, вспаривая собственную кожу, подался еще ближе, проник еще глубже.

-Обвей ногами меня, быстро,- хрипло приказал, сжимая талию и толкаясь.

Моя девочка мне отвечала. Отчаянно, дико, закатывая глаза…

И это удовольствие было еще острее, чем предыдущее.

Но мне опять было мало. Теперь я точно так же разорвал веревки на ее руках, перевернул на живот, поставил раком, вдавив голову в подушку.

- Выпороть тебя, плохая девочка с длинным языком?- хрипло произнес, возбуждаясь от покорно-порочного вида, заставляющего яйца поджаться.

Не контролировал себя, когда шлепал её. Не сильно, надеюсь. По крайней мере, старался, чтобы это было не сильно.

Но ее бледная кожа все равно покрывалась розовым румянцем.

Я с ума сходил по ней. С ума схожу. С ума сходил от этой покорности. И отчаянно хотел, чтобы она так же покорно отдалась мне не только в постели, но и в реальной жизни. Я брал её теперь так, сзади. Под ее ритмичные стоны, под свой рык.

Дана схватила освободившейся рукой кляп и с силой дернула его со рта.

Я толкнулся еще сильнее, дурея от очередной ее вспышки своеволия.

-Ты забыла, что лишена привилегии говорить?

-Я хочу говорить…- хрипло произнесла она,- говорить твое имя… Сейчас… Алекс, Господи, Алекс! Возьми меня всю! Всю бери!"

"От ее призыва я свихнулся. Мы оба свихнулись. Оба потеряли себя. Снова был дикий оргазм, снова пленительно сладкое освобождение наших внутренних чертей…

Я навалился сверху, пытаясь прийти в себя.