Бракованный

Не удивительно, что в свой первый визит он раскидал их словно тряпичных кукол, и даже не напрягся.

- Упрямая девочка.

Девушка вскинула брови, сухо заметив:

- Но ведь вам это нравится.

Лия и сама не знала, почему именно в этот момент она вдруг опустила ресницы и взгляд вниз.

Сделала она это зря!

Ой как зря!

Потому что то, что психу нравится ее строптивость, было как говориться «на лицо»!

Такое мощное возбуждение сложно было скрыть даже в штанах! Что уж было говорить, когда он был полностью обнажен и поэтому «комплимент» торчал так, что кровь прильнула к ее лицу, заливая щеки.

- Еще как нравится.

- Я заметила!

Он вдруг замурчал.

Замурчал, черт побери! Как огромный мохнатый кот, у которого в груди спрятан маленький трактор!

Глаза девушки округлились от неожиданности и полного сумбура в голове, оттого что сопоставить сам звук и психа пока не получалось.

Вернее, не получалось понять КАК человек способен издавать подобные звуки!

А мурчание перешло неожиданно в рычание, от звука которого на теле испуганно встал каждый маленький волосок.

Этот мужчина точно был не в себе.

- Тебе пора домой, - вдруг проговорил он жутким изменившимся голосом, в котором сейчас не было и доли холода и той сдержанности, от которой бросало в дрожь.

Напротив. Эмоций сейчас было слишком много и они вырывались из него так, что кажется он едва сдерживался.

- Дорогу запомнила?

- Да! - хрипло из неожиданного страха выдохнула Лия и замерла в ожидании той минуты, когда он сам отпустит ее и позволит сделать хоть один шаг в сторону.

Где-то глубоко внутри она понимала, что сейчас шутки закончились.

Сейчас нельзя было даже вздохнуть лишний раз, потому что реакция этого ненормального могла быть очень бурной, а тогда пути назад уже не будет.

Он отпустил не сразу.

Какое-то время продолжал удерживать ее за подбородок и настойчиво всматривался в лицо, пытаясь поймать взгляд, а потом неожиданно резко выдохнул и словно задержал дыхание, убирая свои руки.

- Иди. Иди и не оглядывайся.

Какие уж там оглядывания.

Лия скованно кивнула, не поднимая глаз, только ощутила, как от его тела снова пошел этот нездоровый жар, который окутывал ее пеленой, и обладал каким-то необычным запахом.

Первые шаги с трудом давались ей. И хотя ноги не дрожали, а идти было тяжело от жуткого непередаваемого чувства, что если она сделает что-то не так, если пойдет слишком быстро или тем более перейдет на бег, то начнется охота, где она будет жертвой. Без вариантов.