Хозяйка собственного поместья

— Теперь вам и имя его не нравится? Что за новый каприз? Ему что, обозваться Акакием ради вашего удовольствия? — Виктор отложил ложку.

— Да хоть Амфилохием, лишь бы он держался подальше от моей кухни!

— Вместе со мной? — Он оперся ладонями на стол, начиная приподниматься.

— Это вы сказали, не я!

Виктор отодвинул тарелку, опустил ложку на стол. Чересчур аккуратно, явно стараясь сдержаться.

— Спасибо, я сыт.

Я положила ложку — слишком резко, дерево хрупнуло о стол, черпало раскололось. Кто за тобой доедать будет? Свиней у нас нет!

— Пожалуйста, — прошипела я сквозь стиснутые зубы.

Виктор вылетел за дверь, я поднялась из-за стола, чтобы взять себе другую ложку. Собрала обломки — надо выбросить, — но нервы сдали окончательно. Я со всей дури запустила останками ложки в дверь.

Которая ровно в этот момент начала открываться.

Дуня пискнула, пригибаясь. Я ойкнула, но обломки пролетели у нее над головой, не задев. Девушка шарахнулась обратно в галерею.

— Стой! — окликнула ее я, но вместо просьбы получился командный рявк.

Дуня застыла, часто моргая. Если она сейчас заплачет, я точно разревусь — от усталости и досады. И будет в доме вселенский потоп от слез.

— Ты чего буянишь, касаточка? — проворковала Марья из-за спины Дуни. Отодвинула девушку в сторону, заходя в кухню.

— Дуня, извини, я не думала, что кто-то войдет, — сказала я. — Это не в тебя летело.

Она смутилась.

— Да что вы, Настасья Пална…

— Жаль, не аспид вместо Дуни пришел, — пробурчала Марья.

"Нет уж, тогда и вовсе стыда не оберешься! И так веду себя как истеричка!

— А я-то думаю, чего он из дома выскочил как ошпаренный!

— Уехал? — спросила я.

Надо было радоваться, но почему-то еще сильнее захотелось разреветься.

— Нет, в сад побежал. Злой как… как аспид, только что молнии из ушей не мечет!

Почему из ушей? Хотя почему бы и нет.

О каких глупостях я вообще думаю!

— Дуня, ты что-то хотела?

— Да… — Она замялась. — Настасья Пална, сделайте милость…

— Что такое?

— Сестренки мои пришли.

— Да что случилось? — не на шутку забеспокоилась я.

— Дуняша, сядь, — вмешалась Марья. — Видишь, барыня и без того расстроенная. Значит, если дело есть — говори сразу по делу, а лучше бы ты в другой раз…

— Да скажете вы мне, что случилось, или нет! — воскликнула я.

Дуня сжалась на лавке, явно жалея, что сунулась в недобрый час.

Надо успокоиться. Но получалось плохо.