Лекарь Империи 3

Он поднимался по скрипучей лестнице, и на его лице играла презрительная ухмылка.

Старый трус этот Волков.

«Чутье» у него, «опасность»… Дрожит, как осиновый лист. Пока он там в своем кабинете трясется и ждет у моря погоды, я деньги делаю. Сам. Без него. Нужен только надежный напарник, а не такие как последнее время попадались. Вроде этого Разумовского.

Он вспомнил Илью, и желваки на его скулах заходили. Вот из-за таких вот умников-«героев» и приходится вот так, по подвалам шариться, рисковать.

Ничего, ничего.

Он вышел на задний двор больницы, сунул коробку в багажник своей старой машины и удовлетворенно потер руки. За эту партию он выручит неплохой куш. А то, что кто-то, возможно, умрет от этого «лекарства»… что ж, это уже были не его проблемы.

* * *Результаты обследований по новому пациенту Калугину, пришли. Я сидел в ординаторской, вчитываясь в заключение гастроскопии на экране планшета, когда за спиной раздался знакомый голос Шаповалова.

— Ну что, гений, увидел там что-нибудь интересное, или опять спишем все на «нервы» и отправим бедолагу пить валерьянку?

Я не обернулся, полностью поглощенный изображением на экране.

— Боюсь, валерьянка ему уже не поможет, Игорь Степанович. Разве что в качестве анестезии перед операцией.

— Операцией? — он заинтересовался, подошел ближе и заглянул мне через плечо. — А ну-ка, покажи.

На экране было видео из эндоскопа.

«Красавица». И, судя по ее виду, жила она в этом организме уже не один год.

— Хроническая язва двенадцатиперстной кишки, — констатировал я очевидное. — Осложненная. Судя по всему, с пенетрацией в головку поджелудочной железы.

— Уверен насчет пенетрации? — Шаповалов нахмурился, вглядываясь в экран. — Клиника ведь не совсем типичная.

— При простой язве у него были бы четкие «голодные» или ночные боли, — я спокойно парировал, открывая другую вкладку с опросом пациента. — А он жалуется на постоянные, опоясывающие боли, которые отдают в спину. Это классический «панкреатический» характер боли. Значит, язва уже проросла в поджелудочную, вызвав ее хроническое воспаление.

— Хорошо, допустим, — кивнул он.